Калинины, которые видели до того дня Зурика только на дне рождения Тимура, с легкостью начали с ним общение…»[64]
К этому времени Эмма что-то втирала вдове в виски и поставила укол, что не было предупреждающей мерой — не выдерживающий нагрузки разум периодически отключал сознание, чтобы не «перегорели» нейронные связи. Он не мог выносить того, что был вынужден осмыслять! Тяжелее всего становилось в моменты его «включения», когда еще не произошло полного анализа обстановки последних часов перед отключением.
Все больше и больше людей узнавало о горе, ворвавшемся в дом Хлебникова, в стороне никто не остался, за исключением Волошина, начавшего обещать через третьих лиц горы льгот, деньги, поддержку, на деле оказавшиеся, как всегда, миражами, видимо, стоматолог не смог подняться выше выбранной им в молодости профессии, мня себя императором одного «песчаного карьера».
После приехали Александр Тобак, как говорит Надежда Юрьевна — впоследствии, очень талантливо изображавший дружбу. Его привез Андрей Камаров, талантливейший человек, проникшийся настолько произошедшим, что принял огромное участие и в дальнейшем. Вот что об этих двух людях говорит «Черный дневник» Нади:
«Когда убили Тимура, Андрею позвонила Вероника, на тот период гражданская жена Тобака.