– Утром я хотела попытаться наладить с тобой отношения.
– То есть замуж была не готова? – спросил он, всматриваясь в ее лицо.
– Утром нет, – пожала она плечами. – Но после этого произошло столько всего! Теперь я очень хочу за тебя замуж. Завтра же! Ты такой настоящий, надежный… Поцелуй меня еще, пожалуйста!
Артур потянулся к ней, прижался губами к губам. Но язык ей в рот не сунул, на спину не уложил, срывать с нее платье не стал.
Эва явно хотела близости. Он это чувствовал по тому, как рвано она дышала, как прижималась к нему.
Да и сам он кипел от желания, тем более, если учесть, как долго его сдерживал.
В тот момент Артур, конечно же, мог забить на все, взять Эву, и на эндорфинах, которые она получит после ночи любви, она завтра скажет ему: «Да». Выйдет за него. Но потом не пожалеет ли? Ведь сама сказала, что еще утром и не думала выходить за него, так?
У них и раньше всегда все начиналось с секса. К чему привело? По итогу расстались, потому что не было никакого взаимопонимания.
К тому же Эва сегодня многое пережила, очень испугалась, дико перенервничала. Разве она может при таком стрессе мыслить здраво и принимать какие-либо важные решения?
Он вытащил ее из лап двух подонков, грозивших ей изнасилованием, которое могло навредить ребенку, которого она так оберегала. Естественно, он для нее в данную минуту спаситель, как она сказала – надежный, настоящий. Понятное дело, она теперь к нему тянется, видит в нем опору, ищет защиты.
Он очень хотел жениться на Эве."
"Но вот чего он точно не хотел, так это следующие лет сорок-пятьдесят гадать, почему она за него вышла? Из-за любви или из-за стресса, который пережила?
Неимоверным усилием воли он заставил себя отстраниться.
– Прости, родная, сейчас ничего не будет, – заявил он, сам не веря тому, что говорит.
Эва удивленно на него уставилась.
– Что такое? Что-то не так?
– Да, не так, – сказал он с сожалением.
– Но я решила! – захлопала она ресницами.
– Эва, пойми одну вещь, – сказал Артур, буравя ее взглядом. – Если ты выйдешь за меня, обратной дороги не будет. Никаких разводов, никаких побегов, вообще ничего. Ты станешь моей. Навсегда.