— Вот этого не могу знать… Но вспомни, что Мэйдзи тоже говорил, что видел подобные татуировки у себя в стране…
Если выпадет возможность, то стоит спросить это напрямую у императора Японии.
Поднявшись наверх, я быстро принял душ и спустился на кухню. Маша сидела и о чем-то болтала с Чаном.
— Не сказала бы, что мне нравятся мелодрамы, но среди них есть стоящие произведения.
— Да, мелодрам нынче мало, как и хороших боевиков, — кивнул Чан, намазывая на хлеб майонез. Оказалось, этот соус ему очень понравился, и он удивлялся, как легко его можно делать.
Я аккуратно сел рядом с супругой, поцеловал в щеку и взял теплый чай, приготовленный Марусей.
— Ну что? — повернулась ко мне Маша. — Заработал денег?
— Заработал, — довольно кивнул я и посмотрел на Чана. — А ты как? Освоился?
— Да, вполне, — кивнул тот.
Что ж, отлично, значит можно действовать дальше.
— Собирайся, поедешь с нами в институт. Я поговорю с Горьким. Будем устраивать свою профессиональную жизнь с нуля, — улыбнулся я.
Чан аж засиял аки солнышко на рассвете. Поначалу даже показалось, что это в нем забурлила энергия, но нет. Просто в последнее время я видел этого китайца только грустным. Не хватало ему работы, а тут, если все сложится, он будет работать, по моему мнению, в одном из самых престижных мест.
— Ого! Мистер Чан! — улыбнулась Маша. — Вы прямо обрадовались!
— А чего мне сидеть без дела! — похлопал он в ладоши и вскочил. — Собственно, я готов.
Сверившись с часами, я решил, что можно и выезжать. Раньше приедем, больше времени на поболтать с директором.
Уж если что, я мог использовать свое небольшое влияние и старые заслуги, чтобы устроить на должность одного хорошего человека.
Так что мы с Машей и мистером Чаном сели в машину и водитель повез нас в институт.
Правда, оказалось, что его еще не было, точнее, он был, но где-то шарахался по институту.
— Что ж, мы люди не гордые, подождем, — и мы сели с ним на лавочку в коридоре.
Маша же сказала, что у нее занятия и, попрощавшись, ушла.
— Я должен что-то знать о директоре института до того, как мы встретимся? — спросил Чан.