— У тебя все еще есть шанс выйти отсюда самостоятельно.
Поднимаюсь на ноги, понимаю, что лучше его уведу отсюда, чем он снова вспомнит о Димке.
— Ублюдок! Как же я тебя ненавижу! Псих! — но Глеб непробиваем. Мои слова отбиваются от его брони. Он не реагирует ни на мои крики, ни на просьбы, впрочем, как и всегда.
— Ногами шевели! — он больно сжал мой локоть и, переступая через Димку, который лежа на полу поскуливал от боли, направился к двери.
— Что б ты….
Замолкая сразу, как только его рука оказывается на моем затылке и сжимает так, что у меня получается только пискнуть.
— О.… обо мне мы еще поговорим. Как и о тебе. Можешь не сомневаться! — наклонившись, произносит мне эти слова на ухо и меня окутывает облаком его аромата.
— Зачем ты пришел? К чему весь этот цирк? Тебе же плевать на меня! — как же я хочу услышать, что нет, ему не плевать. Но этого не будет, он никогда не скажет ничего подобного.
— Пришел вернуть тебя домой, пока ты сгоряча не трахнулась с кем попало, — он сквозь зубы цедит мне в ответ.
— А тебе какое дело? Ты сегодня ясно дал понять свое отношение ко мне, — продолжаю сбегать по лестнице следом за ним. А сама хочу забыть тот позор, из-за которого я, сорвавшись среди ночи, поехала к Димке, чтобы переспать с ним.
— Пока ты живешь в моем доме и находишься под моей опекой, я не позволю стать тебе гулящей девкой.
— Кому давать, когда и где — это моё дело! И Дима — мой парень.
— Дима, — выплюнув сквозь стиснутые зубы, — станет поклонником костылей с твоей помощью.
Ты думаешь, что кроме него желающих не найдется? — продолжаю намеренно его злить, хочу вывести из себя.
Ссора выходит яркая, шумная… Некоторые жильцы даже высовываются из своих дверей в поиске источника шума.
— Места в больнице хватит всем. А теперь закрыла рот и залезла в машину, — чуть ли не за шиворот Глеб подталкивает меня к своему автомобилю.
— Я не…
— Еще одно слово и я вернусь назад и сделаю так, что твоему сосунку никто не сможет помочь, хочешь?! — хватает меня за руку и резко разворачивает к себе.
— Придурок…, - шиплю в его лицо. Глеб сейчас стоит так близко ко мне, что я ощущаю жар его дыхания на своей коже.
— Ты и этот поток бесконечного бреда начинает меня утомлять, — произносит уставшим тоном и это меня взрывает за секунду.
— Хорошо, ладно… сейчас я этого не сделаю. Но наступит завтра, наступит послезавтра.
— И ты ничем меня не удивишь, как и всегда.