Несмотря на то, что ему сейчас было совсем не до суда, не поехать он не мог – знал, что если не явится на заседание, то следующим его адресом будет СИЗО. Следователь ему это четко дал понять.
Ключи от БМВ сгорели вместе с кожанкой, в которой они лежали. Но… зато в кармане пальто он нащупал ключ от старого «Рено». Когда Вера ездила на этой машине, у Льва всегда имелся запасной ключ, так – на всякий случай. Это пальто Лев не надевал с осени, а ключ видимо так и лежал в кармане.
* * *Без двадцати три черный джип Олега подъехал к зданию Московского Суда.
– Подожди-ка, – нахмурилась она, и остановилась, не дойдя пару шагов до крыльца.
Из «Рено» вышел Салтыков. Вера с Олегом во все глаза смотрели на его чумазое лицо, на синие широкие штаны, которые, как минимум были велики, и уж точно никак не сочетались с классическим пальто.
Лев поправил пальто, пригладил волосы, и, сделав невозмутимое лицо, пошел к крыльцу.
* * *– ЧЕТЫРЕ салона! – восклицала Вера, по дороге домой. – Что же я буду с ними делать?
– Поверь, мы найдем им достойное применение, – подмигнул Олег.
Салтыков по доброй воле отписал жене четыре своих салона из пяти, по обоюдному согласию ему перешла квартира и машина, и по решению суда он будет видеться с сыном только в присутствие матери.
Вечером, лежа в теплой ванной, Вера задумалась:"
"«Правильно ли мы поступили с ним? Что теперь ждет его, когда он остался у разбитого корыта?»
Ответ на этот вопрос пришел не сразу. Вера вспомнила все: как он мог запросто променять на проституток их день свадьбы или день рождения сына, как не краснея врал в глаза, что задерживался на работе, как кувыркался с девицами в их постели, как Вера возила по Москве его любовницу и как дурочка показывала ей достопримечательности, как он оклеветал ее, как забрал самое дорогое, что у нее было…
И только тогда она смирилась с ответом на свой вопрос:
«Да.
Эпилог
27 августа
Подмосковье
Дом Изольды Павловны
День выдался очень жарким, штиль, небо безоблачное. В саду у большого овального бассейна на шезлонгах загорали дамы в шляпках, и потягивали коктейли.
Салтыков мог бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода, и… на женскую грудь.