Он в состоянии смертного сна – тебе это должно быть знакомо…
– Ты хочешь сказать, – нахмурилась Баба Яга. – Его можно разбудить?
– Конечно, – ни к месту хихикнул Байталь. – Он же бог и имя его известно."
"Они спустились через совсем неприметную дверцу в небольшой подвал и приблизились к древнему порталу. Полукруглый каменный грот был обвешан цепями толщиной в палец, опечатан невероятными печатями и множеством ржавых замков. Одна из пломб тлела в полумраке, иногда вспыхивая и потрескивая, создавая огненный отсвет.
Ведьма не стала спрашивать своего нынешнего советника о том, как открыть эту дверь, а тихо уставилась на скрытые окаменевшим мхом створки. Дверцы дернулись и приоткрылись, цепи растянулись, а замки, так и не открывшись, забренчали. Печати, не теряя целостность, отвалились от одной створки и теперь уже не мешали проходу богини Нави с демоном на левом плече. Ей даже не пришлось наклоняться.
Они шли долго во вновь созданном призрачном свете, и Яга заметила, что в этих древнейших переходах, туннелях и залах нет сквозняка.
Поплутав по странному лабиринту, Ягуша наконец-то добралась до удивительной лестницы, уходящей вниз.
– Это и есть предел Дно! – с тревогой в голосе прошептал Байталь. – Тут лучше молчать, дабы случайным звуком не разбудить какого-нибудь злого бога, каких-нибудь ужасных предтеч, чьи имена канули в вечность, как золотой дукат в переполненную выгребную яму.
– Да, да, – в рассеянной задумчивости откликнулась Баба Яга.
Они с легким шорохом вошли в бесконечный зал и остановились. Через каждые полсотни аршинов то влево, то вправо отходили залы, в каждом из которых у самых дальних стен были сооружены саркофаги либо каменные надгробия.
– Ты знаешь, где склеп Чернобога? – спросила ведьма.
– Да. Он тут недалеко. Только прошу тебя, давай не будем заходить в чужие склепы! – горячо шептал маленький демон прямо в ухо Ягуши.
Яга улыбнулась.
– Эх, ты, горемыка. Я могу читать скрытый смысл любых надписей.