– А почему? – и сама же ответила. – Видать в страхе и в боли пройдет человечишка сквозь препону! А любовью томимый отрок тем паче перемахнет.
– Бабушка-хозяюшка! – вразнобой запричитали испуганные селяне. – Не погуби нас горемык! Прости нас, что без спросу в твои владения заявились. Нам теперь некуда податься!
Ведьма удивленно вскинула бровь и, накинув на плечи невероятной красоты шелковый мандариновый[16] платок, вышла за тын к своим неурочным посетителям, забыв, что космата и тонкая струйка крови стекает по подбородку из уголка страшных губ.
Люди шарахнулись от нее, как от ночного чудовища. Седой дед упал на колени перед ней и запричитал, опустив взгляд долу:
– Хозяюшка, пощади! Не по своей воле мы тебе докучаем. Из дикого поля степняки хлынули!
– Печенеги что ли? – заинтересовалась ведьма. – Али половцы балуют?
– Нет, матушка! Монголы! Дикари-кочевники с восхода навалились. Шибко много их.
Баба Яга задумчиво потерла лоб и спросила:
– Смоленск пал?
– Бог уберег! – замахал руками старик.
– Так-так, – Яга закрыла глаза, прислушиваясь.
Дед рискнул поднять взор и теперь с удивлением и нескрываемой опаской разглядывал одичавшее лицо молодой ведьмы, одновременно прекрасной и жуткой. Какое-то время старец молчал, не рискуя прервать размышления лесной ягой бабы, но больные колени не выдерживали холодной сырости земли, и, кашлянув, он в конце концов шепотом сообщил:
– А вот Рязань скоро падет.
Баба Яга медленно открыла сверкающие очи, и отчетливо проговаривая каждый слог, протянула:"
"– Вожак монголов идет не один – у него за спиной пустынный Вый. Я его почувствовала. Он голодный, взалкавший крови демон.
Простые люди прижались друг к дружке и потрясенно молчали. Дети плакали, а молодые мамки изредка цыкали на них.
– Если монгол пришел к нам кормить дива, то вас ничто не спасет, – Баба Яга некрасиво ухмыльнулась. – И Русь никто не спасет.
– А ты? Ты можешь спасти нас? А я вылечу твою птицу. У нее вывихнуто крыло, но это не залом – я смогу вправить.
Дед молча стоял на коленях и ждал ответа.
– Спасти вас? – думая о чем-то своем, переспросила Баба Яга.
– Да, нас, прогневивших бога. И других, остальных, неразумных, спаси всех, отведи от Руси ворогов бессердечных.