Именно поэтому разговор с Аланом заканчивается быстро. Обсуждаем детали, хотя я ещё не готов взяться. Слишком сильной отдачей может накрыть, если кто-то узнает.
Играть с акциями и банкротить компанию — очень рисковое дело. Получилось только раз и спонтанно, без должной подготовки. Только тогда мне не было, что терять.
Теперь на кону всё.
— Алан, я не дал согласия. Нужно всё обдумать, решить. Посмотрим, как пойдёт. Уверен, что война с отцом того стоит?
— Если мне понадобится взорвать его фирму — я так и сделаю.
— Не шути так.
— Я не шучу. Он мою мать в гроб свёл из-за своего бизнеса. Единственное, что волновало. Поэтому — я отберу фирму у него. Просто способы разные.
Алана я в кой-то мере понимаю. Сам ни цента не оставлю своим родственникам. Как шакалы крутятся вокруг, надеются урвать кусок потолще. Только я умру, а им ничего не оставлю.
Потому что, когда остался один — хер кто мне помог. Зато как начали деньги появляться, то все вспомнили, что семья это важно. У меня есть своя семья, обойдутся.
"Обещаю подумать, вызывая водителя. Вместо городской квартиры еду к Лане. Чтобы ещё раз всё прояснить и обсудить. Она меня зацепила, а это просто так не проходит.
— У цветочного тормозни, купи какой-то букет из дорогих.
— Какие цветы?
— Любые. Розы там, без излишеств.
Потому что букетом может и по лицу прилететь. Лана с виду тихая, но когда выталкивала из квартиры — силы были. Да и кто знает, может её соседка более боевая.
Поэтому запасаюсь терпение, когда подъезжаем к нужному дому.
Застываю у подъезда, слыша возню и стоны. Хороший район, ничего не скажешь. Кто-то трахается прямо так, не скрываясь. Никогда неловкостью не страдал, но лицезреть двух подростков нет желания. Или алкашей.
Достаю сигарету, прикуривая.
Ладно, подождём.
Глава 16. Лана
Мерзко и противно, страх, что это никогда не закончится. Мне сложно дышать, грудь сдавливает от веса мужчины. А стоит глотнуть кислорода, как меня выворачивает наизнанку.
Сильный запах пота и алкоголя, сигареты, ещё что-то. Не хочу даже разбирать. Горло сдавливает спазмами, почти теряю сознание. Пытаюсь царапаться, кричать, оттолкнуть.
Но всё напоминает пытку, игру мухи против слона. Меня легко скрутить, сильнее вдавить в стену. Остаётся лишь барахтаться и звать на помощь.
— Заткнись, сука.
Губу обжигает, слизываю капли крови, а затем ору во всё горло, получая ещё один толчок.