Если ты заботишься о ней, ты должен позволить ей решать.
Позволить ей решать, если при этом она будет рисковать своей жизнью? Никогда.
— Я полагаю, ты хочешь видеть ее живой, Раф. Ты действительно готов рисковать ею?
Раф застонал.
— Боже, ты должен выступать на сцене, Тал. Риск есть во всем. Разве я не сяду в машину, потому что боюсь разбиться? Не полечу авиарейсом, потому что могу попасть в авиакатастрофу? У нас удивительная жизнь, и она сопряжена с риском. За каждой привилегией, которую мы имеем, следует унция боли, но все равно, я ни от чего бы не отказался.
— Но не я.
Он не мог этого сделать. Просто не мог. Шейх не мог рисковать, выбирая между ней и своей страной.
– Я не отступлю, Раф. Скажи ей, чтобы она паковала вещи.
Тал повернулся, его тело ничего не чувствовало, в то время как внутри все, чего он хотел – это биться головой о стену. Он не мог вынести мысли о том, что никогда не увидит Пандору снова. Она уже проложила путь к его сердцу. Талиб выполнит свой долг перед страной, и до самой могилы он будет лелеять в своем сердце воспоминания о тепле любимой.
— Мне нужно присутствовать на сегодняшнем ужине. Я посплю здесь. Утром я встречусь с пресс-секретарем. Нам придется придумать хорошую историю и поручить кому-нибудь позвонить послу Голландии. Мне нужно с ним поговорить, его правительство с радостью предоставит мне невесту.
— Это не сработает, брат.
Раф повернулся и вышел.
Дэйн просто отвернулся. Хотя телохранитель стоял за дверью, Тал осознавал, что он разрушил их дружбу.
Он был один. И так ему суждено провести весь остаток своей жизни.
Глава 14
— Ты уверена, что хочешь сделать это, хабибти? – Кад заправил назад прядь ее волос, приласкав кожу за ушком.
Пайпер была уверена. Она никогда прежде не испытывала такой уверенности в чем-либо. Она не собиралась позволить выставить себя за дверь. Талиб хотел избавиться от нее? Что ж, ему придется встретить бой.