Догадываетесь, какую?
Суриков еще больше побледнел, и Татьяна испугалась, что ему сейчас станет по-настоящему плохо.
– Может быть, прервем допрос и вызовем врача? – предложила она.
Сергей молча смотрел на нее, но ей казалось, что он ничего не видит, судорожно пытаясь сосредоточиться и привести мысли в порядок.
– Так как, Сергей Леонидович? Нужен врач? – повторила она.
– Нет, – процедил он сквозь зубы. – Будем разговаривать.
– Я обнаружила, что доверенность на имя Зои Николаевны Гольдич была выдана раньше, чем доверенность на ваше имя.
Ловушка была сложной для такого нетренированного человека, как Суриков. Получалось, Татьяна спрашивала его о том, почему одна доверенность была выдана раньше, чем другая. Но кто сказал, что эта другая доверенность вообще была? Нигде в материалах дела нет ни одного упоминания о доверенности на имя Сергея Сурикова. Ни единого. Человек посообразительнее и поопытнее, конечно, не попался бы и ответил: «Позвольте, какая доверенность на мое имя? Я не понимаю, о чем вы говорите».
– Ну… это… Бахметьева боялась, что Зоя что-нибудь не так сделает, и на всякий случай на меня тоже выписала…
– Спасибо.
Татьяна нажала кнопку и вызвала конвой. Сурикова увели.
Дрожащими руками она закрыла папку и обхватила голову руками. Вот, значит, как дело обстоит. Существовала только одна подлинная доверенность – на имя Сурикова. А доверенность на имя Гольдич – подделка, липа, как и паспорт неуловимой дамочки. «На всякий случай на меня тоже выписала». Как же! Где это видано, чтобы генеральная доверенность выдавалась двум разным людям.
И Суриков старательно скрывал от следствия факт существования доверенности на свое имя.