1971
Часть первая
Изгнание
58–47 гг. до н. э
Nescire autem quid ante quam natus sis accident, id est semper esse puerum. Quid enim est aetas hominis, nisi ea memoria rerum veterum cum superiorum aetate contexitur?
Не знать, что случилось до твоего рождения, — значит всегда оставаться ребенком. В самом деле, что такое жизнь человека, если память о древних событиях не связывает ее с жизнью наших предков?[78]
Цицерон. Оратор (46 г. до н. э.)I
Я помню голос военных рожков Цезаря, что преследовал нас в потемневших полях Лация, — тоскливый, плачущий вой, похожий на зов животного в брачный период.
Бессмертным богам было мало того, что Цицерону пришлось сносить плевки и оскорбления сограждан, мало того, что посреди ночи ему пришлось оставить очаги и алтари его семьи и предков; мало даже того, что мы бежали из Рима пешком, что ему пришлось оглянуться и увидеть свой дом в огне.
Цицерон был старше всех в нашем отряде, но продолжал идти так же быстро, как все остальные. Еще недавно он держал жизнь Цезаря на ладони и мог бы раздавить ее легко, как яйцо. А теперь судьба вела их в противоположные стороны. Цицерон спешил на юг, чтобы спастись от недругов, а виновник его падения направлялся на север, чтобы принять под свое начало обе галльские провинции.
Цицерон шел, опустив голову, не произнося ни слова. Я полагал, что его слишком переполняло отчаяние, чтобы он мог говорить.
Только на рассвете, когда мы добрались до Бовилл, где нас ожидали лошади, и приготовились ко второй части нашего похода, он помедлил, поставил ногу на подножку повозки, и внезапно спросил:
— Как ты считаешь, не следует ли нам вернуться?
Этот вопрос застал меня врасплох.
— Не знаю, — ответил я. — Я не задумывался об этом.
— Ну так задумайся сейчас. Скажи, почему мы бежим из Рима?
— Из-за Клодия и его шайки.
— А почему Клодий так могуществен?
— Потому что он трибун и может принять законы, направленные против тебя.
— А кто дал ему возможность стать трибуном?
Я поколебался и ответил не сразу:
— Цезарь.
— Именно. Цезарь.