Хотя, зная одну девушку, которой он уже помогает, подозреваю, что лучше бы обойтись без Янтарного. В конце концов, не так уж он всемогущ.
Августа
— Я не всемогущ, Августа, — сказал дракончик, досадливо щёлкнув клыками. — Я гонялся за этим проклятым кшэрром, пытался перехватить, но увы. Я устроил засаду! Я ждал его! И понятия не имею, как ему удалось проскользнуть мимо, чтобы добраться до этого, пропади оно пропадом картофельного поля. Видимо, тут сработал особый кшэрров нюх, позволяющий отыскать помеченную жертву.
Янтарчик ходил перед моей тумбочкой и злился. Хвост нервно дёргался, выбивая из каменного пола каменную же пыль.
Когда Хранитель принялся по третьему разу изливать свои эмоции, хвост стал центром притяжения моего внимания. Я смотрела и гадала — если Янтарчик будет ходить тут до конца моей вахты, в полу появился канавка? Или нет?
— Августа, ты меня вообще слушаешь? — возмутился дух.
— Да, конечно.
— Августа, ты веришь, что я не нарочно?
Я не знала. Мне казалось, что Хранитель раскаивается, и всё сказанное чистая правда, но…
— Почему ты не предупредил, что за мной охотится кшэрр?
Я сказала, и сама удивилась тому, что удалось вставить хоть слово. Просто это была не первая попытка! И даже не вторая! Но до сего момента Янтарчик упорно переводил любое общение в собственный истеричный монолог.
— Ну… — протянул дух.
Он наконец остановился, плюхнулся на попу и дал ответ, достойный лучших представителей нашего общества:
— Не женское это дело бороться с кшэррами, понимаешь?
Я аж онемела.
Правда очнулась быстро и выдвинула встречное предложение:
— Ты мог рассказать какому-нибудь мужчине? Например, лорду Эрвину?
— А толку? — фыркнул Янтарчик. — Он же слепец, который видит лишь материальное. Не то что ты.
Ну вот круг и замкнулся. Я вижу, но недостойна, а директор достоин, но не видит. Если подчиниться этой логике, то не удивительно, что дух решил разобраться сам.
Только результат вышел, мягко говоря, плохой!
— В итоге меня чуть не убили, — озвучила уже известное.
— Августа! — взвился дракончик. — Ну прости! Я не нарочно. Ну хочешь я тебе… даже не знаю. Хочешь я тебе монетку подарю?
Я прикрыла глаза и молчаливо застонала — о, Небо, какая щедрость!
Во мне проснулась злая ехидна. Хотелось плеваться ядом и вообще язвить.
Но это было неконструктивно, а скандалов на сегодня и так хватало.