Искушённый

- А теперь снова открыли! По вновь открывшимся обстоятельствам!

- И чем же мне это грозит? – спросил, потираясь лицом о ее чудесные волосы, скользя губами по макушке, затылку, путая пальцы в темных чуть влажных прядях. Теряясь в ней. В своей любви теряясь.

- Наказанием…

- И что, мне его не избежать?

- Ну-у, даже не знаю… Может быть. При одном условии.

Сергей отвлекся от своих действий и чуть отстранился. Легонько потянул за волосы, чтобы и Лейла на него посмотрела. И только тогда спросил:

- Каком?

- Люби меня.

И никогда больше не отпускай.

=23=

Сергей и не отпускал. Он держал ее руку так крепко, что казалось, еще немного – и косточки хрустнут. Но генерал не мог по-другому, а Лейла не протестовала. Просто смотрела… Так смотрела, что всю душу из него вынимала. Девочка…

О том, что Макс хотел с ним поговорить, Сергей вспомнил лишь на следующий день. Когда после завтрака, который никому не лез в глотку, они с Лейлой уже собрались уезжать. Но вдруг осенило.

А потому, захлопнув за ней дверь машины, генерал обернулся. Осмотрелся по сторонам, впервые при свете дня видя дом, где прошли его детство и юность. Поднял взгляд:

- О чем ты хотел поговорить? – спросил, обращаясь к племяннику.

Макс неопределенно взмахнул рукой:

- Это совершенно не к спеху. Потом, когда все утрясется.

- Точно? – усомнился мужчина.

- Абсолютно. Разговор подождет.

Коваль кивнул. Решительно взялся за ручку и… замер. Потому что ему на плечо легла широкая мужская ладонь.

- Все будет хорошо, - убежденно сказал Максим, как если бы его дядька был маленьким мальчиком и нуждался в чьем-либо утешении. Сергей стиснул зубы крепче. Он никому и никогда бы не признался в собственной слабости. Не смог бы. Не принял бы даже сочувствия. Макс это понимал, и поэтому вовремя отступил, вытянув руки перед собой и как бы говоря – все-все, я больше не лезу. Сергей медленно кивнул, оценив этот жест, и уже без всяких промедлений забрался в салон машины.

- Ты как? – спросил, вглядываясь в будто в застывшее лицо Лейлы.

- Ничего… В норме. Только волнуюсь немного.

Он знал, что Лейла врет. Ни о каком «немного» речь даже не шла. У нее зубы стучали от страха, и ничего не помогало. Ничего…

До областного центра, где располагался филиал той самой клиники, в которую они с Лейлой обращались в столице, они добирались аж два часа. Красивая горная дорога, только кто те красоты видел? Никто.