Искушённый

– Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, ты сбит с толку и не видишь себя вне системы…

- Отставить! Мне не нужен психоаналитик, Лейла!

- А кто? Кто тебе нужен, любовница?!

- Для начала!

- Хорошо, но что потом?! Ты думал о том, что будет потом?!

Да твою же мать! Он только об этом и думал! Когда вообще появлялась такая возможность – думать о чем-то, кроме нее! Но это не означает, что Сергей был готов это обсуждать! Тем более с ней. Той, перед которой он не мог… физически не мог предстать слабым и сбитым с толку. Кризис среднего возраста? Да, чтоб его! У него не бывало кризисов!"

"Проведя ладонью по колючей макушке, Сеничкин отступил.

Его подрывало. Он не мог сейчас находиться рядом с ней. Ни с кем не мог. Он подхватил ключи с полки и вышел из комнаты.

- Ты куда собрался? – встревожилась Лейла. Вот знала, что не стоит на него давить, но почему-то не смогла остановиться. Она столько лет провела в неопределенности, что запас ее терпения просто-напросто исчерпался.

- Пройдусь!

Улица встречала генерала жаркими навязчивыми объятиями.

Раскаленный асфальт вонял, заглушая тонкий аромат цветущих у подъезда лилий. На детской площадке у подъезда возилась малышня. Вдалеке лениво сигналили машины, напоминая о том, что, несмотря ни на что, жизнь катится своим чередом. Что в этой жизни абсолютно ничего не поменялось, и только он… А, к черту! Сергей огляделся. Чуть поодаль раскинулся небольшой парк. Недолго думая, мужчина направился туда, в надежде укрыться от жары в тени старых раскидистых акаций. Он сел на лавочку, вытянул ноги и запрокинул голову к небу.

Так уж получалось, что раньше у него не было времени рефлексировать. А сейчас… черт. Его накрывало. Да. Все одно к одному. Вдруг пришло осознание того, что он стареет, что все лучшее осталось позади, и ничего уже не вернуть! Какого-то дьявола генерал взялся подводить итоги, и его совсем не радовало то, что выходило! Да, сделал неплохую карьеру, удовлетворил собственные амбиции, всех победил и переиграл, но… В итоге остался не у дел. Теперь, когда ему больше всего хотелось наград и пьедестала, бурных аплодисментов и восхищенных взглядов от нее… единственной, той, которую так долго ждал, оказалось, что ему совершенно нечем бравировать.

Ведь Лейла видела не только его становление, взлет, но и падение! И это было в той же мере хорошо, как и плохо. Потому что… ну, не хотел он, чтобы она видела его слабость! Не хотел… Уж точно осознание этого факта никоим образом не тешило его самолюбия.

Сбитый летчик.