– Лет тридцать назад, когда была еще совсем молода… Мы гостили при дворце, и я подружилась с девушкой. Позже выяснилось, что она супруга Дагдана Кардена. Так вот я уже видела брачную печать Самайна. Древо на ее руке было словно живое. Она ничего не объясняла, но интуиция подсказывает, что причина в чувствах, которые Левелин испытывала к своему мужу.
Будто заглядывая в прошлое, мама грустно улыбнулась.
– Красивая была пара… – вздохнула она, на миг отводя от меня взгляд. – Так, ладно. Нужно выходить. Может, все-таки отправишься с нами?
– Нет, Кассиан зайдет за мной, – попыталась я отогнать печаль из-за короткого рассказа мамы.
Взгляд сам по себе сместился на руку и изображенные на ней голые ветви, где не было ни единого намека на цветение.
“Я больше никогда никого не смогу полюбить”, – вздохнула про себя, сбрасывая глупое наваждение.
– Если Андрес будет интересоваться, говорите, что я просто задерживаюсь и скоро подойду, – уже на выходе попросила родителей и Лиама. – Не подавайте вида.
– Все на задницы сядут, увидев вас, – хохотнул брат.
– Боги! Выбирай слова! – ахнула матушка, шлепнув будущего главу дома Рахман по плечу.
– А что, я не прав что-ли?! Даника, ты выглядишь как… – задумался он.
– Как баба на чайнике? – хмыкнула я, привыкшая к тому, что брат все время надо мной издевается.
– Опять все испортила, – поморщился он. – Я хотел сказать, что если Кассиан еще не влюбился в тебя, то сегодня это точно случится! Кстати, он не так плох, как показался мне сначала. Возможно даже немножко достоин моей сестрицы.
– Лиам! Идите уже! – чувствуя, как к щекам прилила краска, усмехнулась я.
Еще несколько подтруниваний, которыми получалось разбавить напряжение, возникшее между мной и папой, и в комнате я осталась одна. Анита приводила в порядок купальню и спальню, а я ждала, чувствуя, как от волнения подкашиваются ноги.
Не знаю, сколько времени просидела на диване. Казалось, бал уже начался, а значит мы опоздали.
“Что если Андрес явится за мной? Что если потеряет терпение?” – стоило промелькнуть этой мысли, и в дверь постучали.
Взглянув на выход из спальни, поняла, что Анита просто не слышит этот звук.
Шаг, еще один, и еще…
Пальцы коснулись ручки.
“Хоть бы не Андрес! Милосердная Керада! Великий Самайн…” – даже не знала, кому теперь молиться, потянув дверь на себя.
На пороге стоял Кассиан.
“Боги… он был великолепен!” А плохо было то, что я начала это замечать.