Словно слыша весь диалог, камеристка, всегда находящаяся поблизости со своей госпожой, тут же подбежала к нам.
– Поторопитесь! – закивала она. – Милая, а пойдем посмотрим на лошадок.
Я больше не мешкал, подхватывая жену на руки.
По пути раздавал приказы, требуя немедленно вызвать повитуху и подготовить воду. В первый раз, когда рождалась Левелин, было до безумия страшно. Мне казалось, вторые роды я переживу легче… Ошибался. У меня едва ноги не подкашивались, хотя отдуваться приходилось не мне.
Чувствовал, как сжимается Даника в моих руках, пока я укладывал ее на кровать, оставляя заботам слуг и врачевателей.
Мне хотелось остаться. Хотелось поддержать ее. Но любимая ясно дала понять, что это зрелище не предназначенное для мужских глаз. Я мог бы поспорить, но не стал навязываться, ожидая за дверью.
– Мне доложили, что роды начались! – вбежал в коридор Аластир, и, притянув меня в медвежьи объятия, похлопал по плечу. – Скоро! Скоро станешь дважды отцом.
– Тебе бы тоже не мешало остепениться! – произнес я хриплым от волнения голосом.
От рычания и болезненных стонов любимой душа рвалась в клочья. Я едва мог дышать, моля Самайна и Кераду, чтобы оберегали мою душу…
– Я остепенюсь однажды, – улыбнулся друг. – Но пока не готов.
Спустя еще некоторое время к нам присоединился Хезар, поддерживая меня в столь важный момент."
"Не знаю, сколько времени мы провели в коридоре. На смену солнцу пришла луна, стоны Даники стали тише. Служанки выбегали из комнаты и заскакивали обратно, а я просто не представлял, что делать.
– Долго! Слишком долго! – рычал я.
– Наберись терпения! – предостерег меня Хезар. – Данике сейчас еще твоих истерик не хватало!
Я был готов волосы на голове рвать. Терпение было на исходе, голос жены затих, что вызывало дикий ужас. Меня пленяли самые жуткие мысли.
“Вы не можете у меня ее забрать! – рычал я. – Не смейте так поступать!”
Ответа не последовало, зато на смену ему пришел душераздирающий крик Даники.
– Лорд Кадрен! – ахнула повитуха, все еще сидящая перед разведенными ногами моей жены. – Выйдите, мы не закончили. Осталось немного, – с этими словами она бережно передала нашего с Даникой малыша служанке, которая поспешила его обмыть.
Перевел взгляд на Данику, осознавая, что не могу больше оставаться в неведении.