– Иланга Норингейл, мой отец приближенный лорда Кардена, – произнесла она, пробегая взглядом по пустующей дорожке, на которой кроме нас и Асты никого не было. – Кстати, а где он?
– Вам зачем-то понадобился мой супруг? – хлопнула я ресницами, улыбаясь. – У него появились неотложные дела. Даже не знаю, когда вернется.
– Вот как? Очень жаль, – поджала она губы. – Я надеялась повидаться с ним перед отъездом. Есть один вопрос, который требует его внимания."
"– Так может мне удастся помочь с вашим вопросом? – как ни в чем не бывало предложила я, хотя совру если скажу, что меня не задело ее внимание к Кассиану.
Я не должна была испытывать этого странного чувства собственничества, и все же не смогла отбросить его, ощущая, как в душе заклубилось что-то темное.
– Не думаю, что вы… – начала она, после чего на миг замолчала, вновь скользнув по мне испытывающим взглядом. – Хотя, знаете… Свадьба случилась так неожиданно. Вся знать ошеломлена выбором нашего лорда.
– К чему вы клоните леди Норингейл? – смотря в голубые глаза девушки, спросила я.
– Буду откровенна… До вас Кассиан уделял довольно много внимания… хм… мне. И так уж вышло, что у меня случилась задержка, о которой из-за столь быстрого решения о браке я просто не успела сообщить…
Глава 31. Надеюсь, мы поняли друг друга
Даника
Совру, если скажу, что слова этой змеи в обличье кроткой девы оставили меня равнодушной. Да, нас с Кассианом связывала только договоренность, но сейчас все, что происходило с ним, отражалось и на моей репутации.
Внутри ожило нечто темное, оно липкими щупальцами впилось в сердце, сдавливая его, пропитывая ядом. Что это было? Ревность? Неуместное чувство, и все же оно продолжало нарастать.
Скользнув взглядом по фаворитке супруга, который, видимо, был не столь умен, каким представлялся мне, раз уж не предусмотрел возможную беременность своей пассии, я встретилась с ней взглядом. Девушка даже не пыталась скрыть торжествующую улыбку, уверенная в том, что брошенными словами разрушила брак, который толком не успел начаться.
Мое лицо не выражало никаких эмоций. Пусть мне было и неприятно слышать ее откровение, признавать этого я не собиралась. При том допускала мысль, что речи этой особы не более чем ложь, предназначенная для того, чтобы зародить во мне зерно сомнений к собственному мужу.
– Хм… Леди Норингейл, – пересилив себя и растянув на губах сладкую улыбку, мурлыкнула ей.