Потом медленно перекатился дальше. Прямо над головой, всего в нескольких дюймах, он успел увидеть маятник в виде остро заточенного треугольника. Маятник был прикреплен к двум деревянным зубчатым колесам на внутренней стороне арки. Возможно, их приводила в движение даже легкая волна воздуха, возникающая в результате движения человека. Настигнув цель, маятник останавливался.
Несмотря на пролетевшие столетия, маятник работал как заколдованный. Правда, этому можно найти объяснение. В пустыне процесс разрушения идет очень медленно.
Тут Инди заметил веревку, свисавшую с одного колеса, и осторожно пополз в ту сторону. Схватив ее, он сделал петлю и накинул ее на зубец ближайшего колеса. Петля зацепилась, механизм остановился и маятник замер."
"Итак, с первым испытанием он справился. Инди стоял в проеме арки, весь в паутине, и махал Броди и Салле, показывая, что с ним ничего не случилось.
— Вот она, истинная любовь, — прошептал он не без иронии.
На секунду он встретился взглядом с Донованом, и тот, потерев шею, отвернулся.
Броди потрепал Генри по плечу:
— Он справился, друг мой, ты слышишь? Он справился.
Генри кивнул, давая понять, что все слышал, но Броди видел, как трудно далось ему это движение.
Броди посмотрел на Саллу, который по-прежнему поддерживал голову Генри.
— Что он сказал?
Салла покачал головой:
— По-моему, он не в себе от потери крови.
Генри опять пробормотал что-то. На этот раз Броди разобрал несколько слов.
— По латыни оно начинается с «I»…
— Что?
— …начинается с «I»…
— По латыни начинается с «I»? Ладно, только что начинается? — Броди покачал головой и подумал, что Салла, пожалуй, прав, Генри бредит.
— Проклятые интриганы, гнусные люди, — тихо сказал он.
Тут Генри неожиданно приподнялся и с трудом выговорил:
— Слово Господа… Слово Господа!
— Генри, не надо, старайся больше молчать, — успокаивал его Броди.
Раненый корчился от боли. Броди испугался, ему показалось, что тот сейчас умрет.