— Подробностей тебе лучше и не знать, тёмное было время… Надеюсь, оно никогда не повторится, — на лицо Валентина набежала тень, — если вкратце, Диего Орвэль — владыка Сыновей ночи, действительно выкрал истинную вампирского князя. При попытке сбежать от инкубов девушка погибла и началась война Семи лун. Она продлилась ровно семь полнолуний, и в ходе сражений погибла треть всех вампиров и больше половины Сыновей ночи.
От услышанного в комнате воцарилась звенящая тишина и будто повеяло могильным холодом.
— Переломный момент наступил, когда дети Тумана создали первые амулеты из Сумеречной рябины, полностью блокирующие гипнотический флёр инкубов и лишающие их способности регенерировать, — продолжил Валентин, — Сыновья ночи оказались на грани уничтожения, и чтобы остановить бессмысленную вражду инкубы сами убили Диего и принесли вампирам его голову, а после предложили заключить Вечный мир.
— Только во время сражений кланы настолько озлобились, что поначалу не хотели останавливаться, — добавил Дари, — и тогда вмешался Себастьян Терига. Император сумел загнать вампиров за один стол переговоров с инкубами, и скрепил договор своей магией.
— Я тоже выступал за мир, — с грустью произнёс Валентин, — если бы только знал…
— Среди инкубов много достойных магов, они не заслуживали полного уничтожения, — на помощь пришёл Рамон.
— Но всё равно находятся те, кто тайно переходит на сторону Кровавого рассвета, — зло прошипел вампир. — Они как чумные крысы…
Терзания Валентина я понимала. Никто, имея сердце и честь, не смог бы взять на себя ответственность за уничтожение целой расы.
— Как предатели обходят клятву крови? — спросила, вспомнив подробности мирного соглашения. — Если не ошибаюсь, после смерти Диего Орвэля император заставил князя вампиров и нового владыку инкубов скрепить договор кровью, и их обещание должно распространяться на всех Детей Тумана и Сыновей Ночи.