Возникла небольшая пауза, которую нарушил еще один человек.
— Отец, ну и где Антон? — появился Александр. — О, Михаил, привет!
— Привет, Александр!
И мы, как старые знакомые, обменялись рукопожатиями.
— Скажи, хорош? — пихнул он отца, который только стоял и улыбался, засунув руки в карманы штанов.
— Я не смотрел, — пожал он плечами. — Но он спросил про мои стихи!
— О-о-о, поздравляю вас, Михаил, — сказала его жена у меня за спиной. — Вы только что понравилось моему мужу.
— Почему ты его не посмотрел? — удивился Саша.
— А зачем? — глянул он на сына, и тот отвел глаза, как будто постеснявшись. — Мне достаточно, что он нашел общий язык с Алисой.
Я все больше не понимал эту семью, но вот окружающие быстро смекнули, кто пришел на мероприятие, и завороженными взглядами смотрели на Есениных. Даже графы и герцоги.
Тут я увидел Антона. Он о чем-то болтал с Виолеттой. Судя по всему, ее родители не приехали, хотя Света и предлагала оплатить дорогу. Среди простолюдинов я вообще не заметил ни одного родственника.
Антон увидел нас, и парочка подошла ближе.
— Вижу, вы уже познакомились, — невозмутимо сказал он. — Значит, могу не представлять Мишу, — впервые за долгое время он выглядел спокойно. Возможно, на него так влияла аура Виолетты, или что-то еще. — Познакомьтесь, Виолетта Переславская, моя хорошая подруга.
Оба мужчины поцеловали ей руку, а женщина по-простому обняла ее и чмокнула в щеку в знак приветствия.
Все знали, кто такие Есенины, и Виолетта была не исключением.
— Очень приятно, — заливаясь краской, поклонилась она.
Мы еще немного поболтали про учебу Антона, про Дикую Зону и про прорыв, который остановил Александр. Все это время за нами наблюдало несколько сотен глаз.
Лора сообщила, что пора бы уже идти в спальню. Я не стал задерживаться, извинился и пошел к выходу.
— Михаил, уже уходите? Как жаль, — передо мной появилась Екатерина.
— Добрый вечер, ваше высочество, — сделал я очередной поклон. За сегодня их что-то слишком много. — Да, решил отдохнуть. Сами понимаете, завтра сложный день.
— Конечно, не смею вас задерживать, — хотя, судя по ее лицу, она немного расстроилась.