"
"— Как это откуда! Тут уже два дня вести летают, что мой кровный брат везет свою единственную. Мы уже и отметили это дело по-тихому. Два ящика глиельской настойки за твое счастье вылакали. Кто же знал, что ты окажешься самым удачливым.
Обертон расплылся в улыбке и отодвинул плащ, открывая Селестину.
—Ну, знакомься моя избранная Селестина. А это мой кровный брат вард Вульфрик.
Мне кажется, что после этих слов моей подруге поплохело. Выходит, что наш гер не просто военачальник, а брат вардов клана. От такой новости и у меня бы в глазах померкло.
—Красавица, фигуристая, все как ты и мечтал, — вард Вульфрик скользнул взглядом по ножкам Селестины, а потом резко перевел взгляд на меня. — А это что за мелкая пташка?
Его глаза буквально впились в меня. Крылья носа чуть поддергивались, словно он втягивал в себя воздух. Я отступила на шаг. Не понравился мне его слишком откровенный взгляд. Это словно послужило для него сигналом, протянув ко мне руку, он схватил меня за ворот плаща и притянул к себе.
В следующее мгновение я почувствовала его губы на моей шее, он скользил, лаская, по коже, вызывая неоднозначные ощущения. Но все это было неправильно и пугало. Его мягкие губы проделали дорожку из легких поцелуев вверх, с легким стоном мужчина прикусил мочку моего уха.
— Сияющая, аромат такой сильный и сладкий, — я попыталась вырваться из его захвата.
Но это было бесполезно, мужчина держал крепко.
— Отпустите ее, не видите, что ей неприятно, — помощь пришла, откуда не ждали. На мою защиту бросилась Селестина, оттолкнув Обертона, она буквально оттащила от меня его брата. — Не ваша она и нечего чужое лапать.
Я малодушно спряталась за ее спину. А что, ей бояться нечего, ее Обертон защитит, а мне тоже как-то спасаться надо.
— Смелая у тебя женщина Обер, — вард хмыкнул.
— Ото всех, особенно от таких наглых, как вы, вард. Не видите, девочка невинная, чего руки распускаете, и так понятно, что не вы ее хозяин. Полюбовницей она вашей не станет.
—Да ну, — глаза варда Вульфрика озорно блеснули. — Ты не позволишь, что ли? И как же ты мне запрещать собралась?
—А я и не буду, — Селестина выставила гордо свою пышную грудь вперед и указала пальчиком на Обертона.