В вышине в кроне высоких деревьев клубился молочный туман. Сквозь него пробивались редкие лучи солнца, освещая вечный сумрак, царивший в этих лесах.
Как это, наверное, ужасно вот так жить и с рождения и до самой смерти, не видеть солнца, голубого неба, лёгких пушистых облаков, радугу. Как можно жить, не видя всего этого.
Прикрыв глаза, я внутренне сжалась, предчувствуя что-то нехорошее, может, даже страшное.
– Что же, мы ждали этого столько лет, – скривив губы, пробормотал змеелюд. – Когда-то к нам пришла старая провидица и предрекла этот день, и этот час.
"Посмотрим, так ли сильны северные варды, как про вас шепчут ветра.
После этих слов, не давая нам опомниться, хашасси запели.
Это были странные звуки, словно сама природа ожила. Слов не было, я чётко уловила нарастающий гул ветра и шелест травы, скрип высоких ветвей. Но всё это звучало музыкой, и хотелось закрыть глаза и отдаться ей без остатка. Я слышала птичьи трели и шёпот листвы
– Стужа меня дери! – этот вопль Сая заставил распахнуть глаза и прийти в себя.
Прямо с небес на нас летела тьма. Считанные секунды и нас накрыло ей словно толщей воды. Воздух стал вязким и тяжёлым. Каждый вдох давался мне с трудом.
– Каил. – шепнула я одними губами.
– Я с тобой, – услышала у самого уха, – ничего не бойся, любимая.
Слабо кивнув, я со странным спокойствием наблюдала, как из мрака вырисовывались десятки искажённых гневом лиц. Они скалились и разевали пасти.
Но стоило хоть кому-то из них приблизиться к нам, как нежная и хрупкая Эмбер с почти счастливой улыбкой выпускала из своих пальцев чёрную блестящую сеть.
Тонкие змеевидные жгуты тянулись к её жертвам. Тёмная пожирала их, и это явно доставляло ей удовольствие.
Ветер загудел сильнее. Мелодия превратилась в какофонию.
Где-то, словно извне, донеслось лошадиное ржание. Я вдруг вспомнила о тех воинах, что остались стоять на краю поляны. Что с ними?
Но мысли о них тут же потухли. Моё тело пронзила такая страшная боль, что я закричала, не сдерживая эмоции. Будто балкой снова проткнули.
Меня выворачивало наизнанку.
Царапая ногтями камень алтаря, пыталась просто прекратить визжать и сделать вдох.
Что-то лезло из меня, разрывая мою плоть.
Приподняв голову, с паникой в душе наблюдала, как мою кожу медленно заволакивала чёрная слизь. Она сочилась из живота, пачкая одежду, проступая через неё.
Мне стало так холодно.
– Эмбер, – этот глухой шёпот Лестры, держащей меня за руку, заставил отвлечься от себя. Ничего не понимая, я глянула на сестёр.