– Это неправильно, – пролепетала я, – вам не пристало так себя вести.
– Как хочу, так себя и веду, – хохотнул он, – расслабься, ёжик мой. Ну, в самом деле, какой мне резон тебя обижать.
Он зачем-то потёрся щекой о мою макушку и, кажется, поцеловал в волосы, вводя меня в ступор.
– Тогда зачем вы подняли меня на руки? – севшим голосом выдохнула я.
– Хочу. Мне не нравится, когда ты сидишь в своём кресле так, будто спицу проглотила, и цедишь сквозь зубы каждое слово. Так что я решил сменить обстановку.
– Это было неверное решение, – выдохнула я, – вы ведёте себя как неотёсанный.._
– Осторожнее, Амэлла, – перебил он, – у меня очень ранимая душа. Не стоит травмировать её оскорблениями ещё больше.
Не удержавшись, я скептически приподняла бровь.
– Что?1- казалось, он и правду возмущён моим неверием. – Я, между прочим, к тебе всем сердцем тянусь: даже вот женой сделал, чтобы всё по-честному а ты обзываться.
– Гер Каил, вы ведёте себя как мальчишка, – растерянно произнесла я, чувствуя, как его ладони медленно скользят по моей спине.
– Гер Каил! – прошептала, когда его рука сжала моё бедро и скользнула на внутреннюю сторону.
– Ты там мне рассказывала о том, как плохо я себя веду, – напомнил он мне. – Не отвлекайся, Амэлла.
– Вы… вы, – его ладонь скользнула по бедру выше. – Не смейте!
Дёрнувшись, я ощутила его прикосновение между ног.
– Не смейте! – взревела и с силой ударила по руке.
– Тихо, – шепнул он, обжигая дыханием моё ухо, – всё. Вот видишь, я остановился."
"Что ты так испугалась, Амэлла? Я всегда услышу твоё “нет”. Только скажи и всё.
В комнате воцарилась тишина. Он действительно больше не трогал, не прикасался, но при этом не выпускал из объятий.
– Я не насильник, запомни это, моя вартеса. Я не хочу причинить боль, только любить и заботиться.
Я молчала. Не верила, конечно, и всё не могла понять, к чему эти игры.
– Что вы от меня хотите? – высказала я то, что терзало.
– Ничего, совсем.
– Тогда зачем вы пытаетесь убедить меня в том, что я вам интересна?
– Потому что ты мне действительно безумно интересна, – хмыкнул он.
– Калека, с изувеченным телом, – я ещё раз дёрнулась, но он сжал руки сильнее. – Заражённая магией смерти.