Оно в секунду разматывается и слетает с моего тела, оставив меня в одних… трусах. Я даже не успеваю прикрыться руками. Только “ай!” вылетает из моего рта. И мир тут же резко переворачивается — Камиль укладывает меня на стол, раздвинув мои колени и устроившись между ними.
Он ставит руки по бокам от моей головы и медленно наклоняется, глядя на меня так, словно собирается сделать что-то плохое.
— Камиль, ты… нет, не надо, — тихо пищу я, испугавшись и прикрывая грудь ладонями, но в его глазах не замечаю ни тени отклика.
Он замирает на несколько секунд, медленно скользнув по моему телу взглядом.
— Есть хочешь, Ева? — внезапно тихо спрашивает он.
— В-вопрос с подвохом? — клацнув зубами от напряжения, интересуюсь я. Матерь божья. Нельзя так смотреть на меня. Прекрати, Камиль! Ты похож сейчас на настоящего убийцу.
— Просто ответь.
— Ну… хочу.
Дверь в этот момент открывается. Я подпрыгиваю на столе, а Камиль лениво поднимает взгляд на зашедшего.
"Спустя секунду что-то грохает об стол.
— Еда для Евы, — пронзает воздух ледяной голос Хазара, которым можно весь мир заморозить. Я обреченно зажмуриваюсь, успев заметить, как Камиль едва ухмыляется уголком губ.
Настоящий дьявол. Не знаю, собирается ли он бить потом Хазара, но только что он без единого слова его урыл.
Эпизод 38
— Можешь оставить и идти, — произносит Камиль.
Мне становится прохладно лежать почти обнаженной на холодном столе, да еще и понимая, что Хазар если даже не видит меня целиком, то понимает, в каком виде я нахожусь под Камилем.
Ну же, уходи.
Давай, хлопни дверью.
Я выдохну и спрошу у Камиля — действительно ли нужна была эта сцена, чтобы поставить Хазара на место. Я слабо понимаю — что между ними и мною творится. Почему Хазар так бесится из-за моих фиктивных отношений с Камилем. И почему Камиль ему просто не скажет, чтобы он заткнулся наконец и отстал от меня. Я ведь исчезну, когда брак будет заключен и Камиль получит свои деньги.
Я слышу, как Хазар тихо выдыхает, а потом хлопок двери. И открываю осторожно глаза. Камиль ослабляет хватку на моей шее, но не отстраняется — продолжает держать меня, глядя на дверь, за которой исчез Хазар.
Какая-то дурацкая мысль мелькает в моей голове и я неуверенно произношу:
— Камиль… прости, но можно задать странный вопрос?
Убийца опускает на меня взгляд.