Книга действительно оказалась очень доступной и подробной. Да, за двадцать лет медицина шагнула вперед, появились новые инструменты, методики, оборудование, но принципы - принципы не поменялись.
К обеду нужно было переодеться, и в столовую я спустилась через полчаса. Слуги споро заканчивали накрывать на стол, Люк стоял у высокого окна, открыв его и вдыхая туман, и я поежилась - что за любовь к открыванию окон зимой? Но он уже увидел меня, закрыл створку, быстро подошел, поцеловал мне руку.
- Счастлив видеть, Марина.
- Я тоже, - любезно ответила я, с ровной улыбкой наблюдая, как он застегивает на моем запястье какой-то тяжеленный браслет из изумрудов. Любовь к дарению драгоценностей у Кембритча превысила все разумные пределы. Оглянулась, - слуги уже вышли, - отстранилась и пошла к своему месту. Люк отодвинул мне стул, сел напротив - но я больше не смотрела на него.
Суп из говядины с фасолью оказался восхитительным, как и фаршированный картофель с нежнейшей печенью, и я, поднося ложку ко рту, поняла, насколько голодна.
Некоторое время мы ели в тишине. Слуг не было, поддерживать видимость общения было не нужно. Однако, когда я отложила ложку - от вкусноты даже настроение поднялось немного, - Люк сообщил:
- Я общался с Василиной по поводу официальной церемонии. Пришлось поменять планы из-за смерти Луциуса.
- Как интересно, - вежливо откликнулась я. Он усмехнулся, и я опустила глаза. Все же Кембритч обладал воистину сногсшибательной харизмой, и было очень трудно не откликаться на его умение видеть иронию даже в напряженных ситуациях.
- Она согласна в ближайшие дни через пресс-службу заявить, что с Луциусом была достигнута договоренность о нашем с тобой браке и что в знак уважения к воле покойного монарха бракосочетание будет произведено сразу после окончания срока траура.
- Правильно. Прикроем почившим наши грешки, - пробормотала я с изрядной долей едкости. Люк не разозлился. Он вообще проявлял удивительное терпение, и для меня служило определенным развлечением проверять границы его выдержки.
- Почивший, - сказал он с тем же ехидством, - был бы очень рад. Если учесть, сколько усилий он приложил, чтобы этот брак все же состоялся.
- Бедный Кембритч, - протянула я, - принудили жениться.
- Я не против, - хрипловато сообщил он, - даже несмотря на то, что семейная жизнь началась не гладко.
- Нравится терпеть боль, Кембритч? - мое терпение кончилось раньше, и потек самый настоящий яд.