От пристани с режущим уши скрипом и скрежетом начало отводить, а потом и отрывать яхты и корабли, которые, как щепки, пошли по дуге … а из центра водоворота поднялась в воздух огромная, словно сотканная из воды и тумана, женщина с прозрачными крыльями за спиной. На месте глаз были у нее черные провалы - а вместо рук из плеч исходили десятки водяных плетей, шевелящихся, как щупальца осьминога.
- Проклинаю, - прошептала она, и шепот этот шелестящим эхом пронесся над Маль-Сереной, - матерью-Водой проклинаю всех тех, кто стал причиной смерти моих детей.
От нее пахнуло арктическим морозом - валы водоворота вокруг мгновенно покрылись тонким льдом, тут же полопавшимся, ливень на несколько мгновений превратился в снежную бурю, и холодовой вал проклятия, прокатившись по толпе людей и сделав из набережной каток, ушел в мир. А морская царица повернула слепое лицо с черными провалами глаз к собравшимся на берегу людям - среди них сновали полицейские, приказывая разойтись, мигали огнями пожарные и спасательные машины, но народ, словно завороженный, все прибывал и прибывал, хотя валы водоворота поднимались уже вровень с высоким скалистым берегом.
- Стоит ли жить, - крикнула Талия пронзительно, по-чаячьи, - когда я не смогла защитить их? А вам, мои люди, стоит ли жить? Мы поили вас любовью и одаривали счастьем, но вы не отвели от детей моих смерть…
Она захрипела, забилась в воздухе, суматошно хлопая водяными крыльями, хватая себя за волосы руками-щупальцами, и, словно не сумев обуздать себя, закричала громко, тонко, на одной ноте.
Слишком хорошо на Маль-Серене знали, что означает отступающий океан. Многие еще помнили коронацию ныне сошедшей с ума от горя царицыостровитяне тогда успели попрощаться с жизнью, прежде чем огромные волны цунами, движущиеся на берег, были рассеяны.