Ну, слово “Love” знает, наверное даже тот, кто в принципе не знает английский. Мне нравится голос Влада – низких, бархатистый, до глубины души пробирает. Да и песня красивая.
Но я стараюсь не подать вида, что таю от его пения. Сворачиваюсь в клубочек, отворачиваясь от сладкоголосого трубадура Влада. Пусть помучается. Меня одной песенкой не проймешь!
Он поёт еще, и еще… потом откладывает гитару, и я чувствую приближение его горячего тела. Дергаюсь.
— Не бойся, малышка. Тише… Я просто…
— Просто изнасилуешь меня снова?
— Нет, глупенькая.
Поедем? С одной стороны заманчиво, я могла бы сбежать. С другой… Доктор ближайший в городе, до города надо ехать, и как я потом попаду к бабуле?
— Все нормально. Не сахарная. Не меня первую вот так…
— Прости, если бы я знал.
— Ты знал! Ты не поверил!
— Да, не поверил, я… Прости, малышка…
Он поворачивает моё лицо, и я тону в его поцелуе. Сладком, нежном, томном."
"Чёрт! Мне… так нравится целоваться с ним! Очень! Чувствую себя желанной, особенной, единственной… Хотя и понимаю, что слова песни предназначались не мне.
Несколько минут, и мы слышим голос Ромы.
— Так! У нас тут кое что повкуснее вафель, да? Давайте всё-таки поедим, а? А то я сдохну от голода!
Роман принес не только свежие вафли, но еще и сыр, вяленое мясо, овощи, мороженое и кофе.
Я, которая отказывалась от всего, с удовольствием уплетаю и белки, и углеводы, не задумываясь о том, что вредно, а что нет.
После, несмотря на выпитый кофе, меня опять клонит в сон. Солнце уже совсем село. За окном поют сверчки, кричат чайки. Шелестят камыши в заводи. Воздух напоен ароматами реки, леса. Вкусно и сладко.
И спится в этих ароматах очень хорошо.
Тем не менее через пару часов я открываю глаза.
Влад спит, обнимая меня одной рукой за талию.
Что ж, морячки. Вы как тот мавр, который сделал своё дело*. Вот только уходить буду я.
Из кармана шорт Влада выпадают ключи. Хм… быть может, это ключи от катера?
*мавр сделал своё дело, мавр может уходить — эту фразу зачастую приписывают Шекспировскому Отелло из одноименной пьесы. На самом деле он так не говорил.