Голос из динамика звучит сухо и безэмоционально.
Марат беззвучно подсказывает: «Соглашайся». И показывает два пальца.
— Хорошо, — послушно соглашаюсь, — мне будет удобно в два часа.
Собеседник назначает место встречи, Марат утвердительно кивает.
— До встречи, мисс Золотарева.
— До встречи, мистер Эллиот.
Отнимаю телефон от уха. Наверное, вид у меня совсем растерянный, потому что Марат накрывает мою руку ладонью."
"— Иди на встречу и ничего не бойся. Я тебя отвезу, буду ждать в машине. Держи телефон включенным в кармане, я буду слышать весь ваш разговор.
Разворачиваю телефон и молча показываю контакт в телефонной книге. Там же мессенджеры и электронная почта.
— Отлично. Спокойно допивай кофе и собирайся.
— Тебе же надо было заехать в офис?
Марат берет мое лицо в руки и очень осторожно целует.
— Это слишком важная встреча, малыш, для того, чтобы она состоялась, пришлось много поработать целой команде. Так что остальные дела подождут.
***
— Как вам, возможно, уже сообщили, вопрос финансового урегулирования вашего дела подходит к завершению. Я попросил о встрече, чтобы обсудить дальнейшие шаги, — мистер Эллиот в безупречно выглаженном костюме выглядит именно так, как в моем представлении должен выглядеть юрист. Сам весь будто выглаженный.
Никто, конечно, мне ничего не сообщал.
Но отутюженный мистер Эллиот предпочитает называть это урегулированием.
Как будто мне делают одолжение.
Это так противно, что хочется встать и уйти. Но я не имею права так поступать после того, сколько усилий приложил Марат. И его люди.
Поэтому лишь серьезно киваю.
— Я слушаю.
— Ваша компенсация будет перечислена через специальный траст. Средства зарезервированы, осталось только ваше подтверждение для завершения перевода.
— То есть деньги поступят не от мистера Золотарева?
— Совершенно верно, — его тон остается безупречно нейтральным. — Средства поступают от третьих лиц, взявших на себя обязательства.
Траст, третьи лица.
Они даже не пытаются скрыть, что это очередная схема. Такая же, по которой дядя украл у меня все, что осталось от родителей.
Марат сказал, что дядя Захар не проигрывал мое наследство, он его присвоил с помощью незаконных схем.