Хотя, откуда ей, знавшей его лишь поверхностно, знать о его распорядке дня?
Когда она оказалась плотно прижатой к его телу, с удивлением почувствовала, что Сарднынов возбужден. Откуда… Когда… Но удивляться ей долго не позволили — мужчина действовал быстро и резко, кидая её от одних негативных эмоций к другим.
Не успела она прийти в себя от «приветствия» с его грудной клеткой, как её бесцеремонно развернули, уложив грудью на поверхность стола. Лера даже пискнуть не успела. И в следующее мгновение почувствовала, как юбку платья задирают кверху.
Вот о чем она совершенно не думала, направляясь на встречу к Сардынову, так это о сексе. Мужчина же, в отличие от неё, видимо думал о нем очень часто. По крайней мере, в её присутствии так точно.
— Чулки. Мило, — голос, в котором прорезались хриплые нотки, отбросил все её посторонние мысли прочь.
Точно, она же утром вместо колготок автоматически выбрала чулки с силиконовой резинкой. Как оказалось — не зря. Предчувствие? Или обычное ограничение в её гардеробе, где простые вещи по типу хэбешных трусов исчезали из обихода?
Лера ничего не стала отвечать на его реплику.
"— Переступи.
Мужской голос охрип сильнее.
Одну руку Сардынов зафиксировал на её позвоночнике, надежно удерживая и предупреждая, чтобы она не думала возражать. О сопротивлении речи не шло.
Лера, чьи глаза в данный момент напоминали две плошки, растопырив пальцы и положив руки на поверхность стола, постаралась успокоиться.
Стараясь не поддаться злости и не послать Тимура с его вечным «стояком» куда подальше, и подавляя в себе обиду, девушка послушно переступила через собственные трусики, чтобы тотчас кто-то озабоченный приступил к делу.
Почувствовав, как длинные мужские пальцы легли на её лобок, Лера закрыла глаза. Дышать. Только дышать. И не заморачиваться по поводу собственных ощущений. Она может получить удовольствие от происходящего.
На Тимуре были домашние спортивные брюки. Ни бряцанье ремня о шлевку, ни звука расстегивающейся молнии не могли предупредить её о вторжении.