— Получается, что за этим стоит один и то же артефактор, — задумчиво проговорил князь.
— Да. И думаю, я знаю, кто это.
— И кто же?
— Платон Грачёв.
— Артефактор из императорской мастерской? Не может быть, — он с сомнением посмотрел на меня.
— Уверен, это он, — твёрдо заявил я.
В это время к нам подошёл полицейский. В его руках было водительское удостоверение.
— Бродяги указали на машину, на которой приехал нападавший. И там мы нашли это, — он показал Савельеву удостоверение.
— Тимур Васильевич Распутин.
— Я так и знал! — послышался сзади голос деда. — Они нас в покое не оставят! Чёрт бы побрал этих лекарей!
Он развернулся и почти бегом двинулся к дому. Явно что-то задумал. Я пошёл следом и нашёл его в кабинете. Он вытащил из своего сейфа револьвер и удрученно покачал головой.
— Всю обойму в прошлый раз выпустил. Надо бы патронов прикупить. Бери своё разрешение и поехали в оружейный магазин, — он засунул револьвер за пояс под пиджак и двинулся к двери, махнув мне рукой.
— Ты что задумал? — насторожился я.
— Поеду Распутина убивать. А что? Им можно, а нам нельзя⁈ — он поднял кулак и потряс им. — Всех сволочей прикончу! Если нет на них управы — я найду.
— Никуда ты не поедешь. Надо предупредить о случившемся Демидова. У местных законников руки слишком коротки.
Я вытащил телефон и набрал номер, который мне продиктовал глава тайной канцелярии на тот случай, если мы что-то вспомним. Демидов ответил настороженно, но когда узнал, кто звонит, спросил, что случилось.
Я рассказал о происшествии.
— А ты уверен, что это сын Распутина? — уточнил он.
— Да. Полиция нашла его водительское удостоверение в машине.
— Хорошо, что сам позвонил. Пока весть прошла бы через все инстанции и добралась до нас, прошло бы пару суток.
Тут ко мне подошёл старик Филатов, который прислушивался к нашему разговору, отобрал телефон и буквально прокричал:
— Делать-то что-то будете, или нам самим всех порешить⁈
— Не волнуйтесь, Григорий Афанасьевич.
— Уж будьте любезны, а то моё терпение на исходе! — он сбросил звонок, вернул мне телефон и спрятал револьвер в сейф.
Я же не знал, что и думать. Распутин показал себя хладнокровным и опасным человеком, но отправить убивать своего сына — даже для него как-то слишком. Вряд ли у него деньги закончились, и он не может нанять профессионала.