Но он любил меня как родную и еще до моего рождения сделал все, чтобы я смогла унаследовать титул и Стентон, и заручился клятвой короля Эдуарда Йорка при необходимости позаботиться обо мне. Мужчина, которого я всегда буду считать своим отцом, дал мне это имя. Я, как и отец, горжусь фамилией Радклифф. Радклиффы правили Стентоном более шестисот лет. Это старое и благородное имя. Я не позволю валлийскому выскочке, который сидит на английском троне, чернить имя моего отца. Я отплачу за все!
Херкьюлез слушал и понимающе кивал.
– Но как ты можешь идти против короля Англии? – допытывался лэрд.
– Я уничтожу даже то малое, что осталось от Стентона. Сотру с лица земли. Останутся только пастбища да заброшенные поля. Ни деревни, ни дома, никаких примет, по которым можно было бы опознать и опозорить Радклиффов.
– Но тебе вот-вот родить! – напомнил Конал.
– Наш сын для меня важнее всего на свете.
– И Хепберны поедут с вами, мадам, – восхищенно добавил Херкьюлез. – С вашего разрешения, разумеется, милорд.
– Поскольку я достаточно мудр, чтобы знать, что моя жена непременно настоит на своем, – сухо отозвался лэрд, – то счастлив оказаться в компании Хепбернов из Хейлза.
И, снова обняв Адэр, тяжело вздохнул.
– Могу надеяться только, что сын, которого вы скоро родите мне, унаследует вашу отвагу, мадам.
– Обязательно, милорд, – пообещала Адэр. – Обязательно.
Глава 18"
"Джеймс Роберт Брюс родился дождливым июльским утром. Крупный краснолицый младенец, не успев появиться на свет, завопил на весь замок. При этом он энергично размахивал крепко сжатыми кулачками.
Адэр, хоть и устала, была на седьмом небе от счастья. Она потребовала немедленно показать ей малыша и нежно поцеловала мокрую темную головенку.