— Эта страна семьдесят лет работала только на войну, и ее наука работала только на войну. Очень успешно работала, между прочим. Отлично работала. Автомат Калашникова, «Су-27», «Миг-29». Если наши не профукают, все это еще вполне можно продавать и делать на этом бизнес. Но на науку денег все равно не хватит, даже если продать все, включая нашего директора. Хватит только на поддержание видимости, что вроде бы она у нас есть и поэтому мы не сырьевой придаток вроде Венесуэлы с Бразилией, а держава!
— Дим…
— Что? Как только отменили войну, отменили чохом всю нашу науку.
— Секретную?
— Супер. «Истребление саранчи с помощью лазерной пушки, установленной на вертолете».
— Это что? Шутка? — спросила Варвара, хотя по Димкиному лицу было видно, что никакая это не шутка.
— Так что если возьмут — уеду, — неожиданно закончил Димка.
Конечно, его «взяли», и он уехал.
Варвара состояла с ним в более или менее бессмысленной компьютерной переписке — «Дорогая Варвара, поздравляю тебя с наступающим Рождеством», «Дорогой Дима, получила твое письмо и очень рада», — раза по два в год навещала его родителей, пила с ними чай на тесной кухоньке, рассматривала фотографии, которые присылал любящий сын, слушала рассказы о его успехах. Успехов было немало. Он быстро получил профессорскую должность, переехал из съемной квартиры в небольшой домик с белым забором и зеленой лужайкой, купил машину, завел дополнительный счет в банке и на уик-энды ездил кататься на горных лыжах.
Образцовый американец конца девяностых. Только Димка не был американцем.
— Как это ты родителей не предупредил? — после довольно долгого молчания ни с того ни с сего спросила Варвара. — Все-таки мужики — дураки. А если Лидию Владимировну сердечный приступ хватит?
— Надеюсь, что нет, — сказал Димка, подумав, — вообще-то я писал, что собираюсь приехать, только не писал, когда. Чтобы не волновать.
— Хорошо! — уверила его Варвара. — Секретаршей была, секретаршей и осталась. Правда, я теперь секретарша генерального директора. Моего шефа повысили, и я вместе с ним повысилась. Мужа нет, детей тоже. Если бы завелись, я бы тебе написала.
— Надеюсь, — пробормотал Димка и неожиданно поднялся, чуть не задев головой красный фонарик в форме тыквы.
— Ты что?
— Доброе утро, — пробасил Димка, — меня зовут Дима Волков. Я старый друг Варвары.