Как минареты мечетей в «Тысяча и одной ночи Шахразады», вздымались в небо огромные деревья тропического миндаля, в тени которых рос великолепный мускатный орех, дающий всю прибыль. Подлеска не было, они шли по ковру вянущих листьев. Летали, тяжело шумя крыльями, большие голуби. Сверкая в мягко светящемся воздухе живыми изумрудами, с хриплым криком порхали стайки зеленых попугайчиков. Никогда еще доктору Сондерсу не было так хорошо — он испытывал ощущение абсолютного душевного и физического благополучия, чувствовал себя освобожденным от телесной оболочки, бесплотным духом; воображение его, не утомляясь, а лишь испытывая удовольствие, вызывало один образ за другим.
Тут будет реклама 1
Он шел рядом с Фрисом и шкипером. Фрис объяснял особенности торговли мускатным орехом. Доктор не слушал. Дуновение воздуха доставляло ему почти чувственное блаженство, словно прикосновение мягкой душистой ткани. Эрик и Фред шли на шаг позади. Лучи заходящего солнца пробрались между ветвями величественных миндальных деревьев и зажгли зелень мускатного ореха — его густая, пышная листва сверкала, как начищенная медь.
Тут будет реклама 2
Они двигались но извилистой тропинке, протоптанной за долгие годы сотнями ног, как вдруг перед ними возникла идущая навстречу девушка. Она шла, погруженная в свои мысли, опустив ресницы, и подняла их, только услышав голоса. Девушка остановилась.
— Моя дочь, — сказал Фрис.
Доктор подумал было, что она остановилась, смутившись при виде чужих, но она продолжала стоять, абсолютно спокойно рассматривая приближающихся мужчин.
Тут будет реклама 3
И вскоре у него возникло ощущение, что она преисполнена… не самоуверенности, нет… но безмятежного равнодушия. На ней не было ничего, кроме саронга из яванского батика с мелким белым узором на коричневом фоне; саронг обхватывал грудь и доходил лишь до колен. Она была босая. Заметив незнакомцев, она слегка, почти непроизвольно тряхнула головой и провела рукой подлинным волосам, свободно спускающимся по спине.
Тут будет реклама 4
Это да полуулыбка, играющая на ее губах, были единственным знаком того, что она их заметила. Волосы облаком окутывали шею и плечи девушки; они были очень густые, пепельного оттенка и такие светлые, что если бы не блеск, казались бы седыми. Она невозмутимо ждала, пока они подойдут. Тугой саронг не скрывал ее фигуры. Она была стройная, с узкими мальчишескими бедрами, длинноногая и на первый взгляд высокая. Солнце покрыло ее кожу медовым загаром.
