Но тогда не было острой необходимости в деньгах, я ещё не знала о болезни моей Кнопки. Я не собиралась становиться суррогатной матерью. И да, конечно же, я не знала, что она твоя жена.
– Нашей Кнопки,– машинально поправляет Лука, и его слова царапают слух. За все годы я не привыкла с кем-то делиться малышкой, и пока не знаю, как к этому относиться. – Я не отказываюсь от своих слов и желания познакомиться с дочерью.
– Я по-прежнему не против. Оля будет очень рада, она в последнее время часто меня спрашивает о папе. Ей сейчас, как никогда, нужны положительные эмоции.
– Но тест все же сделать придётся.
Его слова коробят меня, задевают какие-то струны внутри, но я тут же успокаиваю себя: Лука не обязан верить мне на слово.
– Понимаю, – вздыхаю, мну в руках салфетку, отпиваю давно остывший чай. И внезапно решаюсь на откровенность. Просто хочу, чтобы Лука знал: я пыталась как-то прояснить ситуацию. – Я звонила тебе, чтобы узнать, почему так вышло. Ты был недоступен. И только тогда, спустя три дня, я решилась на этот шаг.
– Я улетал в Финляндию на переговоры. Наши партнёры внезапно решили, что могут поменять в одностороннем порядке договор, и им за это ничего не будет. Я был на взводе, одно резкое движение, и мой телефон летит через пролёт на пол первого этажа. Разумеется, у меня не было возможности восстановить симку. Пришлось брать местную. Все, кому я был нужен, или получили мой новый номер или общались через почту. У тебя просто не было возможности сказать мне о дочери."
"Вот так. Два абсолютно не смертельных, не значимых и не связанных между собой события чуть не стоили жизни моей Кнопке.
– Отменить все никак нельзя? – с надеждой в голосе тихо интересуется Лука, глядя на меня исподлобья.
–Нет, – качаю грустно головой. – Я уже беременна. Подсадка прошла успешно.
Лука матерится сквозь зубы.
– Не волнуйся, – неожиданно пытаюсь его успокоить, улыбаясь. – Девять месяцев-это не так много. Тебе не придётся меня долго терпеть.
– Не неси чушь, – слегка кривится. – Я изначально, как только узнал об Оле, не хотел бы, чтобы ты через все проходила одна.
– Но так вышло, – пожимаю плечами, пытаясь казаться легкомысленной. Но последние слова Луки греют мне душу. Неожиданная забота босса очень приятна, не скрою. – Я не жалею. Мне не приходится делать что-то противоестественное или противозаконное. Да, будет непросто, меня пугают роды, но…
–Ты больше не одна.