Теперь вы заснете, а потом я отвечу на все ваши вопросы.
Мара хотела было возразить, что она никакая не девочка, а взрослая самостоятельная женщина, но на это у нее просто не хватило бы сил. Ей почудилось прикосновение иглы, но так ли это было на самом деле, она не знала. Боль начала понемногу стихать, мысли сделались туманными и вскоре исчезли совсем."
"Должно быть, она проспала очень долго. Ее внутренние часы подсказывали ей, что сон длился целый день. Боль вернулась, пронзительная и невыносимая, но теперь Мара ее уже меньше боялась.
Мара открыла глаза. У ее кровати стояла женщина в белом халате и белой накрахмаленной шапочке и что-то писала в маленькую книжечку.
— Сестра… — пробормотала Мара.
Женщина посмотрела на нее, улыбаясь:
— Как вы себя чувствуете?
— Плохо… Насколько это… опасно?
Женщина отвела взгляд:
— Скоро сюда придет доктор Тоуп.
Мара и впрямь испытывала сильную жажду: рот совершенно пересох.
— Да, — пробормотала она, и медсестра поднесла ей стакан воды и вставила в рот соломинку. Неужели она парализована? Мара попробовала пошевелиться, но ничего не получилось.
— Тише-тише… сейчас будет лучше, — сказала женщина. — Доктор выберет какое-нибудь обезболивающее.
Через несколько минут вошел худенький мужчина невысокого роста:
— А, да вы уже возвращаетесь к нормальной жизни! Вы, оказывается, знамениты? Тут пресса просто атаковала меня разными вопросами о вашем здоровье.
— Я серьезно пострадала? — перебила его Мара.
— Вы вне опасности. Но вам необходимо еще серьезно лечиться. Думаю, с вопросами надо подождать до тех пор, пока вам станет лучше, и…
— Я хочу все знать сейчас!
Он развел руками.
— Ну хорошо. Я скажу вам. Ваши левые рука и нога сломаны, так же как и ключица. Смещена косточка на левой щеке… она треснула в нескольких местах. К тому же у вас сотрясение мозга. Есть еще ссадины, царапины и все такое… Все было бы гораздо серьезнее, если бы не…
— Лобо, — подсказала Мара, — мы с ним вместе выступаем.
— Да, он сделал все, чтобы смягчить удар.