А может, он тоже убит, как и этот врач?
Может, его заставили “уехать в командировку”, а сам он уже давно на дне Москвы-реки?
Юрий Петрович знал, что легко поддается панике. Что не умеет держать удар. Знал и поэтому старательно избегал ударов. До сегодняшнего дня ему это удавалось.
В конце концов, он просто посредник. Ничем таким он не занимался. Бриллианты в желудке за границу не вывозил. Марихуаной не приторговывал. Все дела с “Якутдрагметом” были в руках у Бориса. Юрий Петрович просто делал их более… удобными, что ли.
Более легальными.
Благотворительный фонд “Русский меценат”, коего Юрий Петрович Васильков был председатель, конечно, никакой благотворительной деятельностью не занимался, но доказать это было бы довольно сложно. Все в фонде было вполне законно, легально и солидно. Начиная от старого особняка, купленного и отреставрированного года четыре назад, и кончая бухгалтерией.
Время от времени для проформы они устраивали какие-то мероприятия и участвовали в каких-то тендерах, а однажды, расщедрившись, провели акцию в помощь состарившимся актерам.
И Борис вроде был всегда и всем доволен.
Когда он перестал ему доверять? И почему?!
Прошлой весной у них начались кое-какие проблемы, так что Борису пришлось даже на время уехать.
Сердечные болезни чем удобны, рассуждал тогда Юрий Петрович, вроде болит – и ничего не видно. И не болит – все равно ничего не видно.
С врачом вышел прокол. Они долго его подыскивали, подходящего врача.
Мерцалов Сергей Леонидович подходил больше всех. Молод, успешен, жаден до денег. Знаменит. Бесстрашен. Иногда позволяет себе всякие штучки – например, оперирует платных пациентов как бесплатных, и денежки к себе в карман кладет, и никакие налоги с них не платит. Не часто, да. Но все же позволяет себе.