Мисс Марпл

Насквозь испорченным, хотя при этом всегда оставался привлекательным. Особенно для женщин. У него прекрасная голова, и он не боится рисковать. Рисковал он всегда, а его обаяние делало свое дело – люди думали о нем лучшее, а не худшее. Летом он приехал сюда повидаться с отцом. Ни на секунду не поверю, что отец писал ему или вызывал его – ведь вещественных доказательств этого у вас нет? – Она вопросительно смолкла.

Нил покачал головой.

– Нет, у меня нет доказательств того, что отец его вызывал. Есть письмо, которое Ланс якобы написал отцу.

Но Ланс вполне мог подложить его в отцовские бумаги в тот день, когда приехал."

"– Ловкий ход, – сказала мисс Марпл, кивнув. – Допускаю, он прилетел сюда, чтобы помириться с отцом, но мистер Фортескью на это не пошел. Но учтите: Ланс ведь недавно женился, а до этого жил на скудное вспомоществование, хотя наверняка что-то к нему добавлял – и это вряд ли были честно заработанные деньги. Но больше такое положение его не устраивало. Он очень полюбил Пэт, милейшая, приятнейшая девушка, и его потянуло к респектабельной и оседлой жизни – хватит быть перекати-полем, – а с его точки зрения это значит много денег.

Приехав в «Тисовую хижину», он, должно быть, услышал об этих дроздах. Может, от отца. Может, от Адель. Он быстро сообразил, что в доме поселилась дочь МакКензи, и убийство отца будет легко свалить на нее. Да, да, когда Ланс понял, что вытянуть желаемое из отца ему не удастся, он хладнокровно решил его убить. Возможно, ему стало ясно, что отец... не вполне здоров, и он встревожился: вдруг тот растранжирит все деньги? Ведь так можно и без гроша остаться.

– О болезни отца он знал, и даже очень хорошо, – заметил инспектор Нил.

– Ага... что ж, это многое объясняет. Сопоставив имя отца – Рекс – с подброшенными дроздами, Ланс придумал довольно остроумный ход – решил подогнать убийство под считалочку. Пусть у всей этой истории будет безумная окраска – тогда обязательно выплывет старая угроза со стороны МакКензи. Заодно он избавится и от Адель, тогда сто тысяч фунтов не уйдут на сторону, останутся в семье.

Но должен быть и третий персонаж – «За дворцом служанка вешала белье». Видимо, тут-то его коварный план и выстроился окончательно. Он заткнет рот безвинной соучастнице, не даст ей себя разоблачить. И главное: в результате всей комбинации у него будет чистейшее алиби по первому убийству.

Остальное было просто. Сюда он приехал со станции около пяти часов, как раз когда Глэдис со вторым подносом вошла в холл.