– А что пили вы?
– Херес.
– Понятно. И вы стояли втроем и вместе потягивали напитки?
– Нет, не совсем так. Там ведь и другие поднимались по лестнице. Мэр, еще кое-кто... Кажется, американский джентльмен с дамой... Так что мы чуть отодвинулись в сторонку.
– И ваша жена выпила свой дайкири?
– Н-нет, не сразу, не тогда.
– В таком случае когда же?
Артур Бэдкок нахмурился, стараясь припомнить.
– По-моему, свой бокал она поставила на столик. Увидела кого-то из знакомых. Кажется, кого-то из бригады «Скорой помощи Святого Иоанна», он приехал, если не путаю, из Мач-Бенэма.
– Так когда же она выпила свой коктейль?
Артур Бэдкок снова нахмурился.
– Вскоре после этого, – сказал он. – Народ все прибывал. Кто-то толкнул Хизер под локоть, и ее бокал расплескался.
– Что-что? – инспектор Корниш резко поднял голову. – Ее коктейль выплеснулся?
– Да, насколько я помню... Сначала она взяла его со стола, отхлебнула глоточек и скривилась. Она вообще не была любительница коктейлей, но по такому случаю, конечно, отчего же не выпить.
– Она передала ей свой коктейль? – переспросил инспектор. – Вы в этом уверены?
Артур Бэдкок на минуту погрузился в раздумье.
– Абсолютно уверен, – подтвердил он.
– И ваша жена его взяла?
– Сначала, сэр, отказывалась. Говорила: «Нет-нет, ну что вы, я не могу!» – а мисс Грегг засмеялась и сказала, что, мол, она уже выпила достаточно.
– Значит, ваша жена взяла этот бокал? И что же?"
"– Она чуть отвернулась и выпила его, почти залпом. Потом мы немножко прошлись по коридору, смотрели на картины, на занавеси. Занавеси просто красота, мы никогда таких не видели. Потом я встретил приятеля, Олкока, члена местного совета, мы с ним стояли и мирно беседовали, тут я обернулся и вижу: Хизер сидит на стуле, и вид у нее какой-то не такой, я подошел к ней и спрашиваю, мол, что случилось? А она говорит, чувствую себя как-то чудно.
– В каком смысле чудно?
– Не знаю, сэр. И спросить-то не успел. Голос у нее был совсем чудной, густой какой-то, голова как бы покачивалась. Потом вдруг схватила воздух ртом, вернее, попыталась, и голова бух на грудь. И умерла... Вот так-то, сэр. Умерла.