Но они не могли видеть, что происходило за валуном, и просто продолжали посылать туда пулю за пулей; осколки так и сыпались на землю в опасной близости от Демьена.
Все это его вина. Это он притащил ее сюда. Соблазнил ее крупным заработком — раньше она никогда не получала таких денег за свою работу. Назови он разумную цену — и она, может, не согласилась бы, уехала… Но он этого не хотел, глупец. И вот теперь…
Тепло ее тела подсказало бы ему, что она еще жива, но Демьен был слишком потрясен, чтобы думать. Чувство вины целиком овладело им, комок в горле не давал вздохнуть, где уж там заметить, что Кейси еще дышит.
"Из горестного оцепенения Демьена вывел стон: Кейси застонала не от боли в ране, а оттого, что он слишком крепко сжимал ее. Он вскрикнул от радости и осторожно опустил Кейси на землю. Веки на мгновение затрепетали, но глаза так и не открылись. Однако она жива… жива — и истекает кровью.
Это мысль вызвала у Демьена новую вспышку страха. Надо найти рану. Осторожные прикосновения не беспокоили ее, пока он не дотронулся до головы.
Демьен обернулся — парень валился на землю лицом вперед. Демьен глянул на Кейси — она снова потеряла сознание; дымящийся пистолет на этот раз выпал из ослабевшей руки. Демьен поспешно сунул пистолет себе за пояс и принялся осматривать рану Кейси.
Окровавленная полоска длиной дюйма в три осталась там, где чуть выше правого виска скользнула, срезав волосы, пуля.
Ранка еще кровоточила, но совсем слабо. Теперь Демьена гораздо больше беспокоила длительная потеря сознания. Травмы головы приводят к непредсказуемым последствиям. Демьену еще повезло, что его ранение оставило после себя всего лишь головные боли.
Кейси необходимо показать врачу. Однако нужно убедиться, что их не подстрелят по пути еще раз. Значит, надо в первую очередь заняться убийцами, оставшимися в живых, скорее всего одним из них, поскольку теперь стрелял кто-то один.