Кейси гораздо удачливее."
"— Кейси набиралась ума-разума, вот и все.
— Это ее настоящее имя?
— Вы даже имени ее не знали? — нахмурился Чендос, недовольный переменой темы.
— Почему это вас удивляет? Она не сообщила о себе почти ничего. Прошло немало времени, прежде чем я узнал, что она — женщина.
— И каким образом вы это установили? Вопрос был задан таким суровым тоном, что Демьен сразу понял, о чем подумал Чендос. Чувствуя себя повинным во всех грехах, Демьен решил ограничиться частичной правдой.
— Она мне сама об этом сказала, — объяснил он, — когда я предложил ей для солидности отпустить бороду.
Какое-то особенное выражение появилось на лице у Чендоса, и если бы Демьен знал его получше, то понял бы, что отец Кейси готов расхохотаться. Но Демьен его не знал и заметил лишь, что обычно грозное лицо отца Кейси на миг смягчилось. Впрочем, отец Кейси выглядел сейчас совсем иначе, нежели в Форт-Уэрте. Чисто выбрит, волосы подстрижены покороче, хоть и недостаточно коротко по городским меркам, — Вы вполне успеете на следующий поезд, мистер Ратледж.
— Но ведь это особый случай, она включилась в это дело основательно, — возразил Демьен. — Кроме того, я хотел бы услышать от нее самой…
— Забудьте об этом, — оборвал Чендос. — И выслушайте мой совет. Не заставляйте меня повторять его дважды. Держитесь подальше от моей дочери.
Демьен хотел было протестовать, однако, сообразив, что кругом ни одной живой души, а Чендос держит руку чуть ли не на рукоятке своего «кольта», счел за лучшее воздержаться.
Он кивнул в знак прощания и сел в седло.
— Это было… не слишком большое удовольствие, — сухо проговорил он.
Чендос потер костяшки пальцев и согласился:
— Вот и я так думаю.
Глава 49
Кейси застала отца сидящим верхом на лошади у ограды маленького кладбища. Сама она впервые после возвращения решила сходить на могилу Флетчера. Удивилась, встретив здесь отца. Кроме этого клочка земли, осененного тенью единственного огромного дуба, поблизости не было ничего, что могло бы привлечь Чендоса. На кладбище покоились только обитатели ранчо Бар-Эм, и, кроме Флетчера, здесь не был похоронен ни один из знакомых Чендоса.