Мы. Судя по тому, как вы переписывались, следует говорить немного по-другому. Кстати, ты должен сказать мне спасибо. За то, что я встал между тобой и взбешённым Тахировым. Он бы разговаривал с тобой по-другому. Нет, он, вообще, не собирался с тобой разговаривать. А хотел, как он выразился, угондошить. И тебе лучше не знать, в каких смертных грехах Тахиров собирается тебя обвинять, Роман. Самое невинное из этого перечня — психологическое давление. Потом — преследование, похищение, удержание в неволе… Много всего.
Я рассмеялся.
— А что смешного, Роман? Посторонний человек, взглянув на вашу милую переписку, сделает именно такие выводы. Неутешительные для тебя, к сожалению.
— Да что ты? Тебя в цирковом училище поднатаскали или ты от рождения такой юморист? По тебе «Золотой клоун» плачет!
Земянский вновь встаёт, прохаживается около меня и останавливается напротив.
— К таким выводам пришёл сам Тахиров. Я думаю немного иначе.
— Ага, лепи дальше.
— Немаловажную роль сыграли разбитые розовые очки в отношениях с Александром Демидовым. Девчонка кинулась к тебе на шею, чтобы утереть нос всем остальным. И только.
— Расскажи эту сказку своим будущим избирателям, мудозвон!
— Я уже несколько минут слушаю поток мата и оскорблений от тебя.
— А ты сам какого хуя в неё вцепился?
— Допустим, у меня есть не одна причина желать видеть именно Снежану в качестве супруги. А у тебя всё на уровне инстинктов? Не стоит на других?
Я рассмеялся:
— Хочешь залезть и проверить?
Земянский улыбнулся одними губами:
— Давай оставим это? Я уже давно покинул тот возраст, в котором меряются яйцами.
"— Представь себе, для Снежаны это так и есть. Ты убогий кусок старого дерьма. Она тебя не любит и видеть рядом с собой не желает.