Губы плотно сжаты, пальцы барабанят по рулю.
- Брат сказал, что ты ему лицо поцарапала, - он поворачивается на меня. - А еще кричала, чтобы он сходил хозяйством потряс перед дружками.
Он смотрит с любопытством. Как на бестолковую зверушку, как на безумную, что осмелилась его бугаю брату подобное ляпнуть.
- Не так было, - качаю головой. Киваю на сауну и в десятый раз пытаюсь объяснить. - Меня приняли за путану.
- А ты…?
- А я нет. Я проходила стажировку. Первый день. Из зала вышел твой брат. Голый.
- Вот как.
- Да.
- Смотрела.
- Да. А потом…
- То есть лицо ты ему не царапала, - перебивает он. С панели подхватывает бело-красную пачку сигарет. Выщелкивает одну и мнет ее в пальцах. - И мой старший брат врет, - выделяет он интонацией слово “врет”, и это звучит, как угроза. - И к дружкам ты его не посылала. Не говорила, мол, зажми в кулаке хозяйство, и…
- Да. Нет. Не совсем, - с силой мну в пальцах края порванной майки.
Его старший брат целуется так, что захватывает дух - это единственный плюс.
"Думаю об этом. Но вслух говорю другое:
- Он жесткий, хищный, бесчеловечный и безжалостный тип.
- Я понял тебя, - он отбрасывает пачку. - В общем, красотка. Сделаем так, - мужчина наклоняется ко мне. И рывком дергает на себя мою майку, от которой и без того лишь лохмотья остались.
В ступоре смотрю на голую грудь.
Он тоже смотрит, сощурившись.
А я даже не закрываюсь, я в каком-то глубоком шоке весь последний час нахожусь.
- Клевая, - говорит он низко, с хрипловатой вибрацией.
Этот тембр ток запускает по коже, и я встряхиваюсь, отталкиваю его.
- Не трогай меня!
- Тихо, тихо, - его голос полон спокойствия, руки касаются моих плеч. Он сдирает остатки ткани, бросает их вниз, на коврик. - Вот теперь все.
Сгребаю волосы на грудь, съеживаюсь.
Сижу почти раздетая в чужом Бэнтли, без телефона, без денег, а эта черноволосая семейка по очереди щупает меня, как куклу.
- Не буду я тебя трогать, - он усмехается. Поднимает сигарету с панели и щелкает зажигалкой. - Брат сказал, что ты спортсменка.
- Меня будут искать, - предупреждаю. Обхватываю себя за плечи.
- Кто? Сутенер? - он выпускает дым в открытое окно. - Дай его номер. Договоримся.
- Я не проститутка! - в отчаянии выкрикиваю. И едва не валюсь с кресла, завидев рыжие волосы подруги. Они развеваются на ветру.
Вика стоит у дверей сауны.
Затягивается сигаретой.
У меня гора с плеч падает.