— Наняла их какая-то женщина. Заплатила им хорошие деньги, чтобы они меня лишили памяти и забросили в портал. Шарик портала она же им и передала. Мне повезло, эти недоучки не учли размер моего дара, поэтому я был только оглушен, но память не потерял. А теперь эта женщина потребовала, чтобы они меня ей вернули.
— Ох!"
"— Да, согласен. Маги выяснили, куда меня забросило, пообщались с рабовладельцем и, так полагаю, с надсмотрщиками. Видимо, всей правды они не добились, но что я не совсем память потерял, и что меня перепродали — узнали.
Вот и идут по следу. К счастью, мой последний хозяин, который меня тебе на сдачу всучил, имеет сильную защиту от магического воздействия, им не удалось пробиться. Поняли только, что после Адижона раба в караване не было. Торговец твердит, что невольник умер, но женщина утверждает, что я жив. И требует искать дальше.
— Единый! Что же делать? — Мариэта прикрыла рукой рот. — Они вернутся?
— Пока нас прикрывает кагым, но если эта таинственная женщина будет настаивать, что я жив, маги вернутся.
Это не может быть жена мага, потому что они все по женским половинам сидят, и без мужей из дома не выезжают. Простолюдинка? Но, во-первых, откуда у простолюдинки деньги на оплату работы магов? Во-вторых, откуда она могла знать, где я буду, как она смогла бы подобраться настолько близко? И, в-третьих, зачем бездарной женщине устранять меня?
— Может быть, ты её чем-то обидел? — предположила Мариэта.
— Нет, не мог я никого обидеть! — отмахнулся Михаэль. — Конечно, обета целомудрия я не давал, но никогда не брал женщин против их воли и всегда щедро вознаграждал. Потом, чтобы избежать влюбленности и прочей ерунды, какими вы, женщины, порой, страдаете, не спал с одной и той же дольше нескольких недель.
И, конечно же, не приглашал в замок.
— Гм… И где проходили… ваши встречи?
— Это важно?
— Не знаю, надо рассмотреть все стороны, мы же ищем нить, зацепку.
— У меня есть дом в столице, в квартале, где живут обычные люди. Ничем не выделяющийся, но под надежной магической защитой. Выбранную временную любовницу я селил там, и навещал, когда у меня было время и желание.