Пока училась, работала в отеле. В общем, взяла я ее по знакомству. А Максик… Сына я назвала Максимом. Да, «Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу». Впрочем, я сама не знаю, хотела ли я долго скрываться от Шарапова. А имя для малыша подсказало мне сердце. Я просто физически ощутила, по-другому назвать его не могу.
— Вон Любаша!
Мы вышли за белую изгородь, Марья тычет пальчиком вперед. Жмурюсь от яркого солнца, вижу своих. Низенькая «аппетитная» Любашка с высоким хвостом из густых русых волос. В светлом платьишке, с нашей коляской.
Переходим улицу перед отелем, и я отпускаю Марьяшу. Впереди пешеходная зона к парку, пусть бежит к няне и братику. Сама несколько раз глубоко вздыхаю — вот ведь сумасшедший денек. Но… Как оказывается, мой день еще не окончен. В спину мне летит оклик.
— Таня!
Шарапов не успел уехать. Поворачиваюсь, он уже нагоняет меня энергичным шагом.
— Да.
Смотрю на его пружинистую походку и неосознанно ловлю каждый жест. На нем все та же белая рубашка с подвернутыми рукавами, бежевые, довольно узкие штаны. Модные вещи оформили его мужественную фигуру как нельзя лучше. А от движений веет грацией хищника. Он смотрит по сторонам, переходя улицу, проводит рукой по волосам. Встречается глазами со мной, щурится. Мне хочется убежать как напуганной антилопе. А ведь я не из трусих! Но с ним рядом сама не своя.
— Хотел сказать кое-что, — Шарапов тормозит напротив, — могло сложиться впечатление, что я тебя шантажирую. Но ты сама сказала, не знаешь, как извиниться… А твоя помощь мне нужна позарез.
Веду плечами.
— Я ничего такого и не думала. Главное — результат. Когда мы обговорим нюансы?
Макс пристально смотрит на меня несколько секунд.
— Я не принуждаю тебя…
Он словно сомневается.
— Шарапов, — перебиваю, — из-за меня ты потерял треть миллиона. Не спорь! Именно я привела в отель дочку.
Мужчина усмехается.
— Ты всё такая же… Кхм. Завтра пообедаем вместе, и я все расскажу.
— Хорошо, — киваю, — до свидания?
— Да. До встречи.
Жду, пока он повернется и уйдет. Макс тоже стоит, и мы просто смотрим друг на друга. «Такая же…» Что он имел в виду? Мужчина словно смягчился и больше не предъявляет претензии.