Ты сразу купи телефон с симкой и пиши мне в любое время, держи в курсе! Я же не переживу, если конца этой истории не узнаю! — воскликнула она горячо, поглядывая на Павлика. — С ним тебе будет очень тяжело, Есень. И ехать, и деньги забирать, и потом… Слушай, у меня есть тетка бездетная, я ей сейчас позвоню, с тобой отправлю. Она все хотела мне помогать с ребенком, но я и сама справлюсь, а насчет тебя не уверена. И не вздумай отказываться, я тебя иначе не отпущу.
Тетка Ксюши в самом деле сильно облегчила мне путь.
Надежда на то, что я заберу деньги и смогу временно спрятаться ото всех, спасти своего ребенка, самое дорогое, что было теперь в моей жизни, поддерживала во мне жизненные силы и давала необходимую энергию.
Подъезжая на поезде к родному городу, я ощутила всплеск волнения напополам с щемящей ностальгией по былым временам. Лето подходило к концу, отец наверняка готовится к сбору урожая, а Сашка сидит в своей мрачной комнате, как большой злой паук. Собрав волю в кулак, я заставила себя мыслить только о первостепенных задачах и не думать о невозможности поехать к родным.
Мысли о Булацком я и вовсе гнала прочь, понимая, что наши жизни разделены навсегда, он в высшей лиге, на коне и при любимой женщине, связь с которой длилась годами, а я всего лишь случайная любовница.
Если Кирилл узнает о ребенке, то отберет его у меня, этого я боялась больше всего. Мысль, что он мог и ячейку закрыть, я отсекла, как только она появилась на периферии сознания. Нет, я не могу отнять у себя единственную надежду на будущее.
На ватных ногах я вошла в прохладное помещение банка и сразу же выглянула наружу через стеклянную стену, наблюдая, как Галина бережно укачивает Павлика.
Он без лишних проволочек попросил предъявить документы и повел меня в отдельное помещение с ячейками. Волнуясь и с трудом дыша, я следовала за ним, сжимая и разжимая кулаки.