Только пониже и больше похожая на дверь ДОТа или бомбоубежища. Такую так просто не вскроешь. Только сваркой газовой.
Помню, в начале двухтысячных мы часто вскрывали подобные игорные заведения, только вместо катал и карт там были игровые автоматы. Некогда одна из самых прибыльных и массовых отраслей бизнеса нулевых (в каждом торговом центре, на вокзалах и в отдельных помещениях размещалась эта зараза) после ее запрета ушла в подполье.
Подпольные игровые залы часто оставались на прежних местах, лишь ограждали себя от внешнего мира мощными дверями, сваренными из «рельс».
Но мы вызывали МЧС-ников с автогенами, ломами и огромными болгарками. Дверь необратимо проигрывала битву, а на хозяев собирался административный материал. Тогда за игорный бизнес уголовка еще не была предусмотрена.
Но на следующий день заведение с восстановленной за ночь дверью вновь тайно принимало посетителей. Тогда поступила команда изымать игровые автоматы. Опера тоже участвовали в подобных рейдах, помогая грузить тяжеленные шайтан-машины в ярко-красных корпусах.
Но ушлые предприниматели не унимались, скупали игровые автоматы по дешевке у своих более законопослушных коллег и ставили их на старое место, приварив намертво к ввернутым в бетон анкерам. Вот дурни. Против автогенов анкера тоже не выдерживали.
Тогда барыги придумали другую фишку. Они запенивали места сварки монтажной пеной. Автоген прожигал пену и помещение наполнялось ядовитым дымом. Но тоже зря старались. Противогазы никто не отменял.
Я постучал в дверь. С обратной стороны откинулось смотровое окошко. На меня уставился подозрительный глаз. Глаз пробежался по тамбуру, и убедившись, что я один, вновь скрылся за щитком окошка. Лязгнул засов, и дверь со скрежетом открылась. Из глубины помещения пахнуло табачным дымом, потом и пороком.
Я показал фишку обладателю глаза.
Прихожка, в которой я очутился напоминала спортзальную раздевалку. Вдоль бетонных стен лавки, на стенах крючки. Мордоворот молча кивнул мне и направился к двери. Они что все немые? Или я настолько не достоин их внимания.
Я пошел следом. Дверь уже была деревянной, охранник распахнул ее и пропустил меня внутрь.
От увиденного я замер на пороге.