И женщин выбирал стройных и примерно одного возраста. Все они похожи на его мать. Он просто убивал свою мать снова и снова. Но зачем? Неужели он ее не любил?
Будем рассуждать логически. Зверева все время пропадает на работе. Приходит домой с плохим настроением. Мужика нет, неустроенность в личной жизни и в бытовом плане сказываются на ребенке. Возможно она даже его бьет. Трошкин же сказал, что мальчик слишком тихий. Будто забитый. Все это в будущем даст свои корни. Олег вырастет относительно нормальным. Но когда система его надломит, и его вышвырнут на улицу, как паршивую собачонку, травма детства напомнит о себе и изменит его.
Он захочет сделать то, о чем мечтал в детстве. Некая проекция реваншизма. Будет убивать, а на своих жертв одевать злосчастный красный поясок, который мать так любила. Это фетиш, который позволит ему немного успокоить свое альтер эго. Но я могу все изменить. Пока Олег маленький мальчик. Пока Зверева окончательно не сломала ему жизнь.
— Что вы здесь делаете? — в кабинет вошла Зверева, за руку она держала мальчика.
Глава 27
Сердце мое замерло. Белобрысый мальчишка смотрел на меня грустными глазенками. Я сразу узнал его: тот же овал лица, тот же чуть вздернутый нос и слегка оттопыренные уши. Это был Олег…
Он с любопытством уставился на меня, будто тоже, что-то подсознательно ощутил.
— Я вас спрашиваю, — Зверева повысила голос и наморщила лоб. — Что вы делаете в моем кабинете?
Только я собрался ей ответить, но не успел.
— Мама, — Олег дернул кадровичку за руку.
— А ты вообще молчи! — Зверева шикнула на ребенка. — Я с работы отпросилась! Со школы позвонили, сказали плохо тебе, я как дура летела, а ты всех обманул? Дома еще поговорим с тобой.
— Ничего я не обманывал, мама, мне правда плохо было! — пискнул Олег.
— Где болело, покажи!
— Не помню… Сейчас уже все хорошо.
— Врешь ты, Олежка. Только зачем не пойму! — Зверева снова повернулась ко мне, настроение ее совсем испортилось.
Но я уходить не торопился. Мне надо было кое-что сказать кадровичке. Дверь распахнулась.
— Раиса Робертовна? — на пороге застыл Трошкин с квадратной пачкой «Индийского» чая в руке. — Вы зачем на работу вернулись? У вас же Олег болеет.
— Тебя не спросила, — огрызнулась та. — Симулянт он, а не больной. А у меня отчет на носу. Ты что ли его за меня делать будешь?
— Могу и я, — Трошкин решительно шагнул вперед.