Язык его снова коснулся моего потаенного места, а ладони сжали груди — играя ими, теребя соски, и огонь охватил мое тело с новой силой — сжигая, пожирая до самой последней частички.
Сама не замечая, я уже извивалась под руками короля. Сейчас меня не держали никакие путы — ни веревки, ни мораль. Я переступила черту, и не было смысла бояться запачкаться, если уже рухнула в болото с головой. Да, я стала грешницей…
Прелюбодейкой — по закону церкви. Но этот грех был таким сладким…
Я уже плохо понимала, где действуют его язык, а где — пальцы.
— Теперь ты готова, — король оказался совсем рядом, и его грудь коснулась моей груди. — Диана… Я так ждал… — он помог себе рукой, заставляя меня раскрыться, и его член вошел в меня — на удивление легко и без боли.
Сладостная нега исчезла в одно мгновение, и я вдруг очнулась, осознав, что лежу в постели с чужим мужчиной — и это было страшно и постыдно.
Король подался еще вперед, еще — и прижался ко мне, тяжело дыша, впиваясь поцелуями мне в шею. Мне казалось, он заполнил меня всю, и я испугалась, смогу ли это выдержать. Но он, словно почувствовав мой страх, не спешил — двигался медленно, не слишком глубоко, позволяя мне привыкнуть. Я понимала, что он сдерживает свою страсть, и это почти обидело — потому что зверю не полагалось проявлять заботы и нежности.
— Диана… — шепнул он. — Моя…
Голос его прозвучал какой-то дурманящей музыкой, и я закрыла глаза, подстраиваясь под ритм его движений. Он шептал что-то еще, целовал мое лицо быстрыми горячими поцелуями, припадал губами к шее, к груди, удерживаясь на локтях, чтобы не слишком наваливаться на меня.
Постепенно я расслабилась, и вместо страха и неловкости пришло совсем иное чувство.