Вынужденное воздержание далось ему с трудом, ведь в отличие от Дианы он не был болен, а рядом с ее обнаженным телом и вовсе чувствовал себя живее всех живых.
— Вы отказываетесь от меня? — спросила она. взглянув на него через плечо и сверкнув темными глазами.
— Нет, — ответил Дидье и прокашлялся, чтобы вернуть голос.
— Тогда чего ждете? — она медленно встала на колени, скользя ладонями по простыням вперед, и выгнула поясницу, показав во всей бесстыдной красе ягодицы и алую, гладко выбритую щель.
Королю пришлось еще раз прокашляться.
— Может, повернешься ко мне? — спросил он, подходя к кровати и терзая поясной ремень.
— Нет, — ответила Диана резко. — Не хочу, чтобы вы смотрели мне в лицо, — и она расставила колени, поводя бедрами, как самка в ожидании случки.
— Церковь говорит, что такая поза не подходит людям, — сказал Дидье, сбрасывая штаны и рубашку, и швыряя всё на пол. — Так человек превращается в животное…
— Что за бред! — хмыкнула она презрительно. — Мужчина остается мужчиной не из-за того, в какой позе любит женщину.
Но разве вы не превратились в него, когда решили забрать жену у мужа? — она говорила обидные слова, но сопровождала их развратными движениями бедер и слышались влажные звуки, которые невозможно было спутать ни с чем — она хотела его. Уже хотела.
— Диана… — король на мгновение прикрыл глаза, пытаясь обуздать дикую страсть. — Я не хочу навредить тебе, но то, что сейчас… это слишком…
— Слишком? — она снова соблазнительно вильнула из стороны в сторону.
— Чего ты добиваешься? — спросил он, уже чувствуя, что готов взять эту дерзкую девчонку, встань она хоть на голову.
— А сможете? — она насмешливо улыбнулась, и верхняя губа приоткрыла ровные белоснежные зубы — блестящие, как жемчужины.
Больше он не мог сдерживаться, и схватил ее за талию, притянув к себе. Диана воспротивилась, но больше для вида, потому что он коснулся ее между ног и убедился, что там все уже готово, чтобы его принять. Она дразнила его, смеялась, но она его хотела. Даже когда утверждала обратное.