— Для вас апартаменты приготовлены рядом с покоями королевы, — поклонился мажордом леди Бригитте и Элише, а лорд и леди Верей могут расположиться в Голубой спальне, ваши вещи привезут в течение часа, если изволите.
— Я сама съезжу за вещами, — тут же решила свекровь.
— Как вам будет угодно, — сказал мажордом и добавил, посмотрев на нас. — Его величество выражает надежду, что вам понравится комната, и заверяет, что там вас никто не побеспокоит.
Намек был более чем прозрачен, и мы с Жозефом переглянулись.
На наше счастье леди Бригитта этого не заметила — мыслями она уже устраивалась в комнате, рядом с королевой.
"Реальность превзошла все ожидания — я никогда не видела таких красивых и удобных покоев. Восточные ковры, бархатный балдахин, простыни из самого тонкого шелка, изящная мебель и смежная комната, в которой стояла огромная ванна…
— Твой король — замечательный, — сказала я, распуская шнуровку на корсаже, чтобы поскорее избавиться от платья и окунуться в горячую воду.
Посмотри, какая широкая кровать, какое зеркало! И ковер! Сегодня я буду танцевать для тебя.
— Я бы согласился на все прямо сейчас и без танцев, — сказал Жозеф, обнимая меня за талию. — Наконец-то мы одни. Только ты и я — чудно, правда?
— В королевской спальне и ночь должна быть королевской, — ответила я, уклоняясь от его поцелуев.
— Для меня ты — самый душистый цветок, — заверил он, подталкивая меня к постели.
После недолгой шутливой борьбы я одержала победу и удалилась в ванную, прихватив кое-что из своего дорожного сундука.
Выкупавшись и расчесав волосы, я не стала одеваться. В княжестве, где родилась моя мать, танцовщицы не кутались в ткани. Танец — это движение тела, а не колыхание одежд. Однажды я уже танцевала перед мужем — в нашу первую брачную ночь, и оказалась в постели быстрее, чем смогла бы досчитать до тридцати.
Умение танцевать было одним из главных женских умений по трактату любви, и у родственников матери я с удовольствием училась искусству танца. Только это были совсем другие танцы, даже не те, что любили на родине моего отца.